Широко открыв глаза, он с удивлением спросил:
— Образцовый наставник Мо?
Искрящийся духовный огонь на ладони Мо Жаня отбрасывал на его красивое лицо причудливые тени. С нечитаемым выражением он подошел к запечатанной каменной двери и остановился.
— Вы… вы тоже сохранили кровь Наньгун Сы?
Мо Жань не ответил. Он понимал, что несмотря на то, что сейчас кто-то продолжает отчаянно сражаться, защищая вход в тоннель, долго они не продержатся, а значит одержимые жаждой убийства марионетки очень скоро будут здесь.
Множество раз, пока они поднимались на гору, и в тот момент, когда Наньгун Сы столкнулся со смертельной опасностью, у него кровь вскипала от желания сделать это, но тогда ему все-таки удалось сдержаться.
Изначально Мо Жань думал, что Небеса благоволят ему, раз за разом помогая уклониться от этого признания и неизбежного пристального внимания общественности. Он и правда до последнего верил, что сможет обхитрить судьбу.
Но теперь, оказавшись зажатым в тиски со всех сторон, он понимал, что у него просто нет иного выбора.
Больше некуда отступать.
— Образцовый наставник Мо?..
Не обращая внимания на главу Ма, Мо Жань достал из-за пояса один из парных серебряных кинжалов и безжалостно чиркнул им по ладони.
В одно мгновение свежая кровь наполнила его ладонь.
К этому времени Сюэ Мэн, Сюэ Чжэнъюн и Чу Ваньнин подошли к нему и встали за его спиной. Голос Сюэ Чжэнъюна прозвучал очень удивленно:
— Жань-эр, зачем ты это делаешь? Это бесполезно, гора Цзяо подчиняется только приказам людей из рода Наньгун.
Мо Жань не обернулся, и только его кровоточащая рука слегка дрогнула.
В конце концов, он зло хлопнул по высеченной на камне запирающей печати.
Леденящий холод охватил его руку, вмиг проникнув до самых костей.
Он закрыл глаза.
И снова призрачный голос духа дракона Ван Ли гулким эхом отозвался во тьме:
— Кто пришел в это место?
Горло словно сжали невидимые тиски.
В давящей тишине под пристальными взглядами множества людей Мо Жань медленно и ровно ответил…
— Духовная школа Жуфэн… седьмой кровный потомок рода основателя.
Сюэ Мэн побледнел, пошатнулся и, отступив на шаг назад, покачал головой, отказываясь верить услышанному:
— Что?..
Лицо Сюэ Чжэнъюна побледнело даже сильнее, чем у его сына. Круглые глаза тигра[233.3] округлились еще больше, неотрывно вглядываясь в высокий и стройный силуэт, стоящего к ним спиной Мо Жаня.
— Как это возможно?.. — пробормотал он.