Сотник

Андрей же, чуть помедлив, отправился к своим. Завтра их ждал жаркий день. Очень жаркий.

* * *– Я обо всем договорился! – воскликнул Адашев, входя к Сильвестру. Сказал и замер. В помещение, где должен был находится только патриарх, имелось с десяток разных человек.

– Оставьте нас, – произнес Сильвестр, махнув рукой и очень пафосно надув щеки. Когда же они уже почти ушли, он громогласно воскликнул, да так, чтобы уходящие услышали: – Ты что себе позволяешь?!

Ну и приставил палец к губам, давая понять, чтобы тот не возмущался.

С этими словами он встал. Подошел к двери. И прислонил к ней ухо.

Чуть отошел.

И с криком:

– Пес смердячий!

Запустил в дверь кувшин. Пустым. Тот благополучно разбился. И в дверь тут же просунулся человек, отреагировавший на такой явный признак дебоша.

– Оставь нас! – строго повторил патриарх. И тот часто закивал, закрыл дверь и на кого-то за ней крикнул, дабы разошлись и не мешались.

– Подслушиваются скоты, – тихим голосом заметил Сильвестр. – Итак, о чем ты договорился?

– И что, у тебя всегда так?

– Это еще спокойный день.

Они у меня уже вот где, – показал патриарх на свое горло.

– Новгородские купцы готовы вложить и свои деньги, и людей в солеварни церковные да прочие ремесленные мастерские.

– Наше предложение о покупке их устраивает?

– Да. Хотя они долго колебались. Ссылались на то, что денег нет. Только что нам теперь с монахами делать?

– А что делать? Государю я уже сказал, что сразу все монастыри не распустить.

Посему выберем несколько самых важных, туда их и спровадим. Всех. В тот же Троицкий монастырь. Земель то теперь монастырь может держать столько, сколько своими силами способен обработать. Вот пусть идут и трудятся.

– А ремесло?

– Введем строгие монастырские уставы, дабы больше себе таких вольностей не позволяли. А послушников, не давших обеды, спровадим к купцам. Ты это с ними тоже обговорил?

– Конечно. Готовы с руками оторвать.

Сильвестр улыбнулся.

Освоение церковного имущества шло полным ходом.

К его удивлению собственно монахов в церкви оказалось не так много. Большая часть обитателей монастырских подворий являлась либо послушниками, либо вообще мирскими людьми, трудящихся на церковь. Он раньше с этим не сталкивался и не интересовался. Все-таки хоть и священник, и даже настоятель считай домовой церкви Царя, но в прошлом и нынешнем самый обыкновенный купец. Как и большинство священников новгородского разлива тех лет.