Я слишком потрясена, чтобы все переварить, но я знаю, я просто знаю, что все, что случилось в моем прошлом, не является чем-то приятным.
Хорошо или нет, но это мой единственный шанс узнать правду.
Я делаю глубокие, прерывистые вдохи и вхожу в гостиную.
Дядя первым поднимает глаза, когда я стою перед ними. Тревога застывает на его лице.
Прежде чем они успевают что-то сказать, я говорю спокойным голосом, которого не чувствую.
— Я все слышала. А теперь я хочу, чтобы вы рассказали мне о моем прошлом.
Глава 33
Эльза
Дядя встает, заставляя себя улыбнуться.
— Тыковка, то, что ты только что слышала, это..."
"— Правда. — я оборвала его. Я никогда не перебивала дядю или тетю, но сегодня все по-другому. — И я хочу узнать все остальное.
— М-милая, — заикается тетя. — Это было очень давно.
— Бросить меня и маму тоже было давно, тетя?
Она задыхается, прикрывая рот руками.
— Я слышала вас на днях.
Мой голос нейтрален, почти слишком отстранен.
Не знаю, как говорить каким-либо другим тоном, не срываясь.
— Вы должны мне объяснить, — говорю я им.
Глубокий вздох вырывается из груди дяди, когда он отшатывается назад и встаёт рядом с тетей.
— Скажи ей.
Тетя касается своего виска дрожащими пальцами.
— Н-нет.
— Мы знали, что этот день настанет, Блэр. — дядя сжимает челюсти. — Просто скажи ей уже. Она заслуживает того, чтобы знать.
— Я сказала «нет», Джексон!
Я отрываю от нее взгляд и сосредотачиваюсь на дяде.
— Кто такой Илай?
Его глаза расширяются, словно я никогда не видела их раньше.
Как будто у него сердечный приступ.
— О боже, — голос тети срывается на рыдание.
Обычно я бы сделала все, чтобы не видеть их такими, но не сегодня.
Сегодня мне нужны ответы, даже если в процессе мне придется причинить им боль.
— Мне приснился сон — нет, кошмар — о том, как я схватила его за руку, прежде чем он исчез в озере. — под кожей начинается зуд. — Кто он такой?
— Это был просто кошмар, милая.
Тетя даже больше не звучит убедительно.
— Это никогда не были кошмары, тетя.
и слезы никогда не были кошмарами. Кровь, крики и хныканье никогда не были чертовыми кошмарами!
— Через что, черт возьми, ты прошла, тыковка?
Дядя звучит побежденным, полностью и совершенно измученным.
Через что я прошла?
Это они должны мне сказать.
— Я спрашиваю в последний раз, тетя. Кто, черт возьми, такой Илай?
— Он был твоим братом, — тихо говорит дядя.
Я так крепко сжимаю ремень рюкзака, что удивляюсь, как он не рвётся.