— Забавно бросать мне вызов, а?
Он толкается бёдрами вперед. Безошибочно узнаваемая эрекция скользит между моих ног и прижимается к моим складкам.
Я хнычу, качая головой.
Он не останавливается.
Я начинаю думать, что Эйден не знает, как остановиться.
Его грудь соприкасается с моей, словно он не может подойти достаточно близко или мучить меня достаточно сильно.
— Быть моей это не выбор, — говорит он пугающе спокойным тоном. — Это ебаная реальность.
Он протягивает свободную руку между нами и обхватывает двумя пальцами мой пульсирующий сосок.
Я вскрикиваю, но звук приглушается его рукой.
Он сильнее сжимает, будто впечатывает свои слова в мое тело.
Мое тело не единственное, что его интересует.
Он также пытается проникнуть в мою душу и написать эти слова черными, несмываемыми чернилами.
Слезы наворачиваются на глаза, но я проглатываю их.
— Ты можешь сражаться со мной из-за чего угодно, но ты не можешь сражаться со мной из-за того, что ты моя.
Эти слова вызывают дрожь глубоко внутри меня.
Подушечка его указательного пальца пробегает вверх и вниз по моему атакованному соску. Требуется все самообладание, чтобы сдержать стон.
Что он со мной делает?
Голос в голове кричит бежать, прятаться и никогда не возвращаться.
Эйден просто сумасшедший. И, очевидно, я еще более сумасшедшая, если чувствую себя таковой в его объятиях.
Моя реакция на него пугает до смерти.
Я не такая.
Я пытаюсь оттолкнуть его. Он снова щипает меня за сосок. Смесь хныканья-стона срывается с моих губ.
О, Боже.
Я бормочу что-то напротив его руки и борюсь.
Я борюсь со всем.
Со слезами.
С ошеломляющими чувствами.
С напряжением внизу живота.
Но больше всего я борюсь с той частью внутри, которая жаждет отдаться прикосновениям Эйдена.
С этим труднее всего бороться.