— Как у тебя дела с ним? — спрашивает он.
Понятия не имею, как на это ответить.
Хорошо было бы ложью. Плохое тоже было бы ложью.
— Все сложно, — говорю я правду.
— Ну, он сложный тип, — смеется Леви. —Ты не послушала моего предупреждения, так что пожинай то, что посеяла.
Я смотрю ему в лицо.
— Твоего предупреждения?
— На вечеринке у Ронана я сказал тебе, что ты должна держаться подальше от Эйдена ради себя, а не ради него.
Верно. Он действительно сказал мне это.
Означает ли это, что Леви знает что-то о том, что случилось, превратив Эйдена в того, кто он есть?
Теперь я должна спросить, не звуча слишком очевидно.
— Не то чтобы у меня был выбор. — я пожимаю плечами. — Ты знаешь его лучше, чем кто-либо.
— На самом деле никто не знает Эйдена. Мы можем только попытаться. — он слегка улыбается. — Но я рад, что ты рискуешь познакомиться с ним поближе.
— Рискую?
— Он не обычный.
Я киваю один раз. Конечно, Леви признает истинную природу Эйдена. Они выросли вместе в одном доме.
— Это изменение произошло где-то в его детстве, верно?
Он кивает.
— Он был тихим ребенком по натуре, но один инцидент все изменил.
— Ты имеешь в виду смерть Алисии.
— Да, это была глазурь на торте, но это не...
— Завтрак готов.
Леви и я вздрагиваем от голоса Эйдена. Я была так сосредоточена на словах Леви, что не заметила, как он вошел.
— Как насчет того, чтобы издать звук, ты, гребаный урод? — Леви усмехается.
— Как насчет того, чтобы тебе свалить? — Эйден отстреливается.
— Мечтай, — подмигивает он мне.
Я начинаю следовать за ним.
Сильная рука хватает меня за руку и тянет назад.
— О чем, черт возьми, ты говорила со Львом?
Его глаза темнеют с каждой секундой.
Именно тогда я замечаю эту собственническую жилку. Не знаю, в курсе ли он, но он, кажется, больше всего переживает насчёт Леви.
— Как обычно. Арсенал и футбол. — я пытаюсь поддразнить. — Я вижу «кто в семье самый разговорчивый».
— Эльза, — рычит он мне на ухо. — Не подталкивай меня.
— Включая Леви?
— Каждого из них, блядь, и до последнего.
Он неизлечим.
И поскольку я не хочу еще больше раздражать его, я говорю:
— Леви, возможно, и самый разговорчивый в семье, но он не король на моей доске.
Очаровательная улыбка изгибает его губы, и я ловлю себя на том, что смотрю на него дольше, чем нужно.
Он переплетает свои пальцы с моими.
— Отлично сработано.