Мы идем по коридору, когда я спрашиваю:
— Куда ты ездил сегодня утром?
— За продуктами без глютена. — он хмыкает. — Давай покончим с этим завтраком, чтобы они ушли.
— Почему ты не хочешь, чтобы я была рядом с ними?
— Я не хочу, чтобы ты была рядом с кем бы то ни было, милая. — он бросает на меня короткий взгляд. — Особенно с моей семьей.
Но почему?
Что такого плохого в его семье?
Леви находился на грани, чтобы сказать, что, возможно, не только смерть Алисии стала причиной перемен в Эйдене.
Если это не его мать, то что сделало его тем, кем он есть на сегодняшний день?
Глава 21
Эльза
Проходит десять дней.
День за днем Эйден рассказывает мне только обыденные вещи из истории и не переходит к тому, что я хочу знать.
День за днем я жду, что он расскажет мне о грандиозном финале.
Мне следовало знать лучше.
Он все еще зол, что я ограничила секс.
Он не только злится, но и манипулирует своим способом прикасаться ко мне при каждом удобном случае.
На днях он сказал:
— Эти два друга поспорили.
Одно предложение. И все.
Потом он трахнул меня у стены в раздевалке.
Когда я попыталась возразить, он произнёс, что мое условие: «если ты расскажешь мне лакомый кусочек, ты меня трахнешь». Я никогда не уточняла, каким длинным должен быть этот лакомый кусочек.
Мудак.
Даже думая, что у меня есть хоть какое-то подобие контроля над ситуацией, он выбросил это из окна. Он разбивает все мои надежды на кровавые куски.
Но даже с его играми разума и тактикой, я все еще могу сказать свое слово в этом.
"Такого больше не будет. Даже если мне придется пойти на компромисс с сексом.
С той ночи в Meet Up Эйден трахал меня грубо и жестко, будто преподает мне урок.
Я кончала каждый раз.
Черт, иногда он мучает меня, как в ту ночь, и истощает мое тело до тех пор, пока я едва могу дышать.
Разве это наказание, если я жажду этого?
Бесполезно бороться с ним на физическом уровне.
Так что на этот раз я беру все в свои руки. В конце концов, это не игра, если он единственный, кто играет.
Я нахожусь перед парадными воротами особняка Кингов.
Крепко сжимая зонтик, я стою, пока дождь тихо впитывается в тротуары.