Боб принялся засовывать ружье обратно и невольно потянул на себя обвязывающий рюкзак шнур. Мокрый шнур выскользнул из стягивающего его узла, и его развязавшийся конец остался в руках пловца. Боб еще не успел сообразить, что происходит, как его незакрепленный рюкзак свалился с плота в воду и камнем пошел на дно. Боб поспешно оттолкнул от себя плот со злополучным ружьем, из-за которого он потерял рюкзак, и рванулся под воду вслед за погружающимся рюкзаком. Однако он слишком замерз и устал, поэтому его нырок получился шумный, но неглубокий.
– Рюкзак, – испуганно пробормотал Боб и указал рукой под воду, а затем на свой пустой плот, медленно дрейфующий по течению.
– Кретин, держи плот! – страшно вращая глазами, процедил сквозь зубы Стен и, сделав глубокий вдох, ушел под воду. Он вынырнул спустя тридцать секунд, хотя Бобу показалось, что прошла целая вечность. – Бесполезно, – сообщил Стен, переведя дыхание. – Глубина метров десять, а то и пятнадцать. На дне сплошной топляк и ни хрена не видно. – В этот момент Стен заметил на плоту Боба сиротливо лежащий чехол с охотничьим ружьем и, указав на него рукой, спросил: – Патроны где?
– В рюкзаке были, – растерянно произнес Боб.
Губы Стена скривились в презрительной ухмылке. Одним гребком он достиг плота Боба и сбросил ставшее бесполезным ружье в воду. Боб даже при желании не смог бы ему помешать, так как обе его руки были заняты. Одной он держался за свой плот, другой – за плот командира. Однако то, как Стен сбросил с плота ружье, заметил подплывший сзади Марк и возмущенно спросил:
– Циклоп, ты что?! С ним же можно было охотиться!
– Пусть теперь с ним рыбы охотятся, – ответил Стен и, бросив уничтожающий взгляд в сторону Боба, добавил: – Этот кретин утопил патроны вместе с твоим рюкзаком.
Сообщение командира повергло Марка в настоящий шок. У него даже отвисла челюсть, а глаза вылезли из орбит.
– Там же была моя снайперка и вся наша пища...
– Знаю, – скрипнув зубами, выдохнул Стен. – Чего теперь болтать? Плывем к берегу.
Потеря рюкзака с его личным оружием и всей провизией группы настолько подействовала на Марка, что он не сумел ничего возразить.