Четверо из участвовавших в ориентировании офицеров не уложились в контрольное время и впоследствии были отчислены из учебного центра. А еще один во время перехода подвернул ногу и вообще не смог самостоятельно выбраться из леса. Отыскать парня в тайге и фактически спасти ему жизнь удалось только благодаря имеющейся у него рации, по которой он постоянно поддерживал связь с поисковой группой. Позже Кудрявцев размышлял, каким образом ему – выходцу из центральной полосы европейской части России, ранее никогда не бывавшему в настоящей тайге, удалось не заблудиться в глухом лесу, да еще и отыскать контрольную точку.
Тогда Кудрявцев решил, что ему просто повезло. Хотя в действительности ему помогли его отменная физическая подготовка и умение великолепно ориентироваться на местности (на занятиях по топографии лейтенант Кудрявцев был одним из лучших курсантов в своей учебной группе). Первым же к замаскированному командному пункту условного противника вышел не кто иной, как старший лейтенант Осокин. Кудрявцев, как сейчас, видел перед собой его лицо с насмешливой и отчасти презрительной улыбкой.
Причем Осокин совершенно при этом не выглядел усталым. Сам же Кудрявцев вымотался настолько, что буквально валился с ног от усталости. Его мутило и шатало из стороны в сторону. С великим трудом ему удалось подойти к инструктору, руководящему проведением ориентирования, и доложить о своем прибытии.
Пройдя через десятки командировок в горячие точки за восемь лет службы в «Каскаде», Кудрявцев вспоминал то ориентирование как если не легкую прогулку, то вполне рядовое тренировочное упражнение.
В реальной боевой обстановке ему приходилось совершать куда более сложные и опасные марш-броски. Вместе с тем Кудрявцев понимал, что и Осокин все это время не сидел без дела. «Он тоже наверняка долго и упорно тренировался, – думая о своем нынешнем противнике, рассуждал Кудрявцев. – Поэтому считать его нынешнюю подготовку слабее моей было бы опаснейшей ошибкой»."
"...Неудачно отогнутая еловая ветка больно стегнула Евгения по лицу.
Он вынужденно остановился и посмотрел вперед. Там, впереди, лес отнюдь не становился менее густым. Старые и молодые ели все теснее жались друг к другу. Кудрявцев задумчиво покачал головой: «Какой смысл им было переть напролом через тайгу, ведь они не ожидают преследования? Допустим, самому Осокину не привыкать. Он родом из Омска и по тайге хаживал с детства. Но ведь с ним еще двое. Вряд ли они такие же опытные таежники, как их командир.
