Не сказать, что я был этому очень рад, тем более что в действительности стрелял плюс-минус также как и все остальные, а танк противника был уничтожен и вовсе иначе, но… в общем, армейская логика с реальной порой общего ничего не имела и с этим можно было только смириться.
Оружие в конечном счёте я принял и даже использовал все шансы чтобы как следует с ним попрактиковаться. Хотя учитывая, что нынешние системы в большинстве своём ничем от тех, с которыми я был знаком в прошлом мире не отличались, навыки и умения у меня восстановились очень быстро.
Выцелив через прицел небольшой холмик, покрытый зеленью и даже каким-то кустом, я задержал дыхание и не теряя более и секунды времени, плавно нажал на спусковой крючок.
Бабах!
Едва после прозвучавшего взрыва успела осыпаться земля, мои ребята будто оголодавшие хищники при виде добычи, резко сорвались в сторону цели, параллельно заваливая свинцом разлетевшийся на части НП врага.
Не отставать пришлось и мне. Бросив уже бесполезную трубу отработавшего гранатомёта на землю, я перехватил автомат со спины и сопровождая своё движение короткими очередями, стал спешно нагонять товарищей.
Адреналин захватывал дух, кровь играла в жилах, а тело при этом казалось таким лёгким и сильным…! Рисковать жизнью без энергетического барьера было совсем иначе, в том числе и по внутренним ощущениям…
— Не стрелять! — предупреждающе поднял руку Самсон когда мы преодолели дистанцию, а затем буквально на мгновение заглянул внутрь разрушенной землянки.
Ещё через пару минут осторожного осмотра и нескольких попыток установить контакт и узнать есть ли внутри кто живой, Вадим, не получив от врагов хоть какого-нибудь ответа, долго не думая бросил в проход осколочную гранату и только после взрыва дал добро туда входить.
"К слову, такой подход был исключительно верным в подобной ситуации, несмотря на кажущуюся на первый взгляд жестокость — по докладу Кали, единственный выживший после взрыва боевик держал мушку прицела своего пулемёта на входе, и первый кто рискнул бы к нему зайти, однозначно попал бы под его обстрел с большим шансом там же и скончаться.
— Таким макаром не добыть нам языка. — посетовал Горелый, осматривая трупы погибших врагов.
— Не вздумай переворачивать того, что лежит на животе.