– Вы на табуретку присаживайтесь, – выдвинув ее из-под стола, пригласила сестра-хозяйка. – А я вот тут пристроюсь. – Она выложила из одной ячейки в первом ряду стопку белья на гладильную доску и уселась в углубление. – Ко мне посетители не приходят, так что стульев лишних нет.
Лена устроилась на табуретке и выжидательно посмотрела на женщину. Та несколько минут молчала, словно решая, говорить ли, потом произнесла:
– Вы ведь из-за пропавшей пациентки приехали?
– Можно сказать и так. А вы что-то можете сказать об этом?
– Понимаете… я не уверена, что это как-то связано, но… в понедельник ко мне подошла женщина… посещающая, понимаете? Она к врачу на беседу приходила.
– Вы говорили об этом главному врачу?
– Его на месте не было, он куда-то уезжал. В общем, денег на обратную дорогу я ей дала, она вернула в среду, когда приехала своего брата встречать, он выписался. А пальто так и не нашлось. Я подумала: может, это важно?
Лена задумалась.
– Скажите, а пациенты здесь ходят в своей одежде?
– Конечно. У нас только верхнюю одежду сдают под опись, когда холодное время года. Для прогулок мы выдаем теплые халаты, вот такие. – Она ловко вынула в полки над своей головой ярко-синий халат из толстого флиса. – Видите? Он как одеяло, теплый, легкий. Зимой, конечно, приходится туговато, мы даже гардеробщицу держим – чтобы выдавала пальто и куртки для прогулок, а летом нет необходимости. Я просто подумала, что пациентка эта могла пальто стащить незаметно – в понедельник прохладно было.
– Да… а в халате ее бы через пропускной не выпустили, – машинально договорила Лена. – Ведь у вас не спрашивают пропуск на выходе?
– Как же! Спрашивают. Машины по номерам выпускают, персонал – по бейджикам, а посетители пропуск отдают. И пропуск посетительницы тоже в кармане пальто лежал.
– А вы можете показать, где примерно это случилось?
– Могу, конечно, только… – сестра-хозяйка замялась.