– С чего бы ему к Ольге Михайловне ехать? Нет, бред, бред какой-то…
Известие явно ошарашило ее, Лена видела в глазах растерянность и даже испуг. Но рука ее, которой Соледад потянулась к пачке сигарет, не дрожала, и Лена подумала, что самообладание у этой маленькой женщины вполне мужское.
– И что же – вы думаете, что это Дашка или Витя – его? – спросила Соледад, закурив.
– Разве я так сказала? Мы отрабатываем всех членов семьи гражданки Брусиловой, это обычное дело.
– Ну Ольга-то Михайловна при чем здесь? Она его даже не знала.
– Тогда как он в ее квартире оказался, не подскажете?
– Подсказала бы, да не знаю. В голове не укладывается… – пробормотала Соледад. – Да, огорошили вы меня, Елена Денисовна… Как теперь совещание проводить буду – не представляю, а директор в отъезде.
– Извините уж, как есть.
– Простите, Елена Денисовна… если больше нет ко мне вопросов… – Соледад многозначительно посмотрела в сторону двери. – Мне неловко, но… в самом деле, надо в себя прийти.
– Я могу вызвать вас к себе, если понадобится?
– Да-да, конечно, – поспешно согласилась Матюшкина. Она явно была настроена как можно скорее проститься с гостьей.
Уже у двери Лена затылком чувствовала сверлящий взгляд Матюшкиной, провожавший ее к выходу.
Закрыв за собой дверь, Лена на секунду замерла в приемной, переводя дух, и секретарь Света спросила:
– Может, вам водички? Что-то вы бледная.
– Да, если можно.
Девушка подошла к кулеру и сочувственно сказала, наполняя стакан:
– Соледад Сергеевна у нас вампир.
– Скажите, Светлана, ваша начальница замужем? – спросила Лена, принимая из рук девушки стакан.
– Нет, – с опаской глянув в сторону двери и понизив голос, ответила секретарь. – Вообще она это не афиширует, но я ведь секретарь, мне все положено знать, даже если начальство этого не желает. Она несколько лет встречается с одним тут… деятелем.
«Однако, – подумала Лена, допивая воду и чувствуя, как становится немного легче. – Действительно, при таком раскладе трудно хорошо относиться к мужу подруги».