Мешая мои соки со своей слюной, влажно вылизывает мою киску и плавно толкается внутрь пальцами.
Я выгибаю спину и, скользнув одной рукой под одеяло, запускаю пальцы в его волосы. Он обожает, когда я так делаю и понимает это как знак, что я на грани. Ускоряет движения языка и добавляет еще один палец.
Пучок оголенных нервов, над которым он так усердно трудится, доводит горячий ком в низу живота до кипения и взрывает его ошеломляющим наслаждением.
Я дергаюсь и стискиваю бедрами его голову. А Артем, вонзившись пальцами в мои бедра, выпивает мой оргазм до последней капли.
Наблюдаю с улыбкой. Смотрю, как, плотоядно облизываясь, он водит по нему рукой. Двигается ближе и шлепает им по генерирующему последние сладкие импульсы клитору.
Удар… второй… и после третьего врезается в меня до упора. Двигается, думая только о себе.
Кончает с рыком и матами. Громко, как он любит. Содрогается всем телом и на некоторое время отключается.
– Слезай с меня, – шепчу тихо, – мне в универ надо.
– Ммм… щас, Крис, размотало жестко…
Даю минуту. Обвив его ногами, слушаю, как постепенно успокаивается сердце.
– Ромео звонил… – сообщает, наконец, перекатываясь на спину, – сегодня выходит.
– Тём, он достал уже…
– Знаю. Вычти из зарплаты… Фил вернулся, видела?
Столь резкий переход на не совсем приятную мне тему выбивает из зоны комфорта и моментально портит настроение.
– А он куда-то уезжал?..
Глава 3
Ненавижу такси. Метро, маршрутки или троллейбусы – что угодно, только не такси. Не выношу нахождения с незнакомым человеком в замкнутом пространстве.
Поднимаюсь из метро, перепрыгивая через две ступени. Накидываю капюшон на голову, потому что в ком-то веки погода совпала с прогнозом метеорологов и, минуя жилой квартал, сворачиваю на улицу, где находится наш бар.
Захожу внутрь, у порога смахиваю с куртки капли дождя и беру курс на барную стойку, за которой, как ни в чем, ни бывало, стоит Рома.
– Привет, – закидываю рюкзак на стойку и седлаю высокий стул.
– Привет, Кристинка – мандаринка, – проговаривает скороговоркой, – как жизнь?
– Нормально, только задолбалась работать за всяких пьяных Ромео.
– Соррян, больше не повторится, – отбивает, даже не моргнув глазом.