Нет, он ни слова не сказал обо мне, о нас, в конце концов. Кажется, его интересовал лишь будущий наследник. И все.
— Я просто хотела посмотреть вещи в детском магазине, — прошептала, с трудом сдерживая слезы. Сделала шаг назад и уже развернулась, чтобы уйти, но Олег не дал.
— Ты можешь выбрать по каталогу, — уже мягче произнес тот. — Для этого необязательно куда-то ехать.
— Не обязательно… — эхом повторила я, послушно ожидая, когда меня отпустят. Но время шло, а Волков продолжал удерживать меня. Но мне больше не хотелось разговаривать с ним.
Олег тяжело вздохнул и развернул меня к себе.
— Это так важно для тебя? — терпеливо спросил он. — Почему нужно куда-то ехать?
— Хотела посмотреть, потрогать прежде, чем что-то выбирать, — неохотно призналась я.
— Хорошо. Егор отвезет тебя, когда Валентин Иванович даст добро.
Я лишь кивнула и отстранилась. Мужчина неохотно, но все же отпустил меня. Бросила взгляд напоследок и быстро вышла из кабинета. Если до этого я сомневалась стоит ли встречаться с Матвеем, то теперь поняла, что да. Хочу.
Просто пообщаться без давления, без ограничений, без страха, что снова оступлюсь и столкнусь со зверем лицом к лицу. Мне просто хотелось человеческого участия и внимания. Когда нет боязни сделать что-то не то или сказать что-то лишнее.
Когда можно поболтать обо всем и ни о чем.
Когда тебя поймут и не пресекут твои мысли властным — никаких “но”!
Разве это плохо — нуждаться в дружеской поддержке?
- 24 -
Через несколько дней Валентин Иванович снова навестил меня. И мы уже окончательно договорились, что я могу приезжать на плановый осмотр сама. Чувствовала я себя вполне нормально, если не считать, что по утрам все же чуть-чуть мутило.
Волков все же сдержал слово, и еду готовил повар — строгий мужчина лет шестидесяти. Я лишь однажды встретила его, когда спустилась вниз, чтобы поесть.
Каждое утро у меня появлялся свежий букет ромашек. Мне никак не удавалось проснуться вовремя, чтобы все же узнать сам ли Олег приносил их.