В этот год не получилось перейти границу — обычный канал перехода был перекрыт, нарвались на засаду и потеряли четырех человек. Пришлось отступить и вернуться. Зимовали в горах, в пещерах, промерзли насквозь, простыли и все переболели без лекарств. А весны все нет. Запасы иссякли, пришлось во внутренние районы отправиться, чтобы до тепла дотянуть.
Мне сквозь щели в перекрытии было видно, как Тицианов достал мобильник одновременно с последними словами младшего сержанта. Должно быть, перед выходом он переключил его с простого звонка на «виброзвонок», и теперь он завибрировал во внутреннем кармане его бушлата, требуя ответить на звонок.
— Старший лейтенант Тицианов. Слушаю вас, товарищ майор. Да. Я как раз сам хотел вам звонить. Да. Нужна. Хорошо. «Ночной охотник»? Я их в деле не видел. Но к банде Магометова подошло подкрепление. У них есть ПЗРК «Стингер». Хорошо бы предупредить вертолетчиков, во избежание осложнений. Да. Когда их ждать? Ракет у нас, к сожалению, нет. Есть только трассирующие пули.
Командир взвода закончил разговор.
— У кого магазин с трассирующими? — спросил он громко.
— У меня, — отозвался я. — В рюкзаке.
— Приготовь. В течение часа вылетает вертолет «Ночной охотник». Я такие в деле ни разу не видел. По слухам, один такой вертолет в состоянии сдержать целую армию.
"— А «Стингер»? — напомнил младший сержант Скворечня. — У любого ПЗРК, я читал, попадание в вертолет стопроцентное.
— Зря тебя читать учили, — вздохнул старший лейтенант. — А на будущее запомни, как только кто-то создает оружие, сразу же начинаются разработки способов защиты от него. Со времен создания первого ПЗРК прошло лет сорок. За это время успели создать и защиту. Стопроцентное попадание — это касается гражданского вертолета.