— Ну, знаешь что! — сердито сказала Эллен.
— Сделай, как я сказал, — вмешался Натаниель. — Но только смотри не переусердствуй.
Эллен послала мужчине напротив дружескую, как она надеялась, сдержанную улыбку."
"— Бог ты мой, — пробормотал Натаниель. — Никогда не видел ничего тошнотворней! Ты что, готовишься выйти на панель?
Она легонько толкнула его ногой.
Сладкая улыбка тем не менее оказала свое действие.
Мужчина прихватил свою рюмку и, пошатываясь, нетвердыми шагами пересек салон. Отвесив галантный поклон, он потерял равновесие — была ли виной тому была качка или содержимое фляги, неизвестно, — а выпрямившись, вопросил Натаниеля слегка заплетающимся языком:
— Прошу прощения, вы случайно не тот чародей, который собирается лечить фру Карлберг?
— Такого титула у меня еще не было, — заулыбался Натаниель.
Он воззвал ко всем добрым силам, чтобы Тува вела себя как подобает. Однако ее молчание и враждебные, косые взгляды, которые она бросала на незнакомца, не предвещали ничего доброго.
Незнакомец отвесил новый поклон, который вышел бы на славу, не помешай качка.
— Не позволите ли старому капитану присесть за ваш столик?
— Пожалуйста, — вежливо ответил Натаниель, после чего назвался и представил обеих девушек.
Старик невразумительно их поприветствовал, после чего целиком сосредоточился на Натаниеле.
— Зовут меня Винснес, и имя это пользовалось в здешних местах доброй славой. А то, что нынче дела мои пошли под гору, так это не моя вина… Так, значит, ты едешь к фру Карлберг! Да уж, вот у кого навязчивые идеи! Хотя в целом голова у бабы варит, что да то да.
— Одно не исключает другого. Я бы сказал, скорее наоборот.
Потребовалась некоторое время, прежде чем этой глубокомысленной реплике удалось проникнуть в хмельное сознание. Поняв, старик просиял.
— Это ты верно сказал. Ну а как насчет перемещения душ? Кто же в этакое верит? Небось одни дураки!
— В таком случае половину населения земного шара составляют дураки, — отрезала Тува.
— Спасибо, Тува, достаточно, — тихо остановил ее Натаниель. И повернулся к Винснесу, лицо которого приобрело землистый оттенок. — Вы хотели меня о чем-то спросить?
— Да.