Пока стягиваю кожу и ставлю скобы, Ансер матерится сквозь зубы и мнёт бока. Немного болезненно. Явно останутся синяки. Но стараюсь не обращать внимания. Главное, под подол ведь не лезет. Всё почти цивильно.
— Всё, всё, пластырь заклею, — шепчу, подув на рану.
— Само искушение, — урчит брюнет, разглядывая меня и улыбаясь.
Не реагирую. Осторожно прилепив пластырь, пытаюсь встать. Но Ансер обнимает крепче и сминает губы в слегка болезненном поцелуе. Упираюсь ладонями в плечи, пытаюсь остановить, но вспоминаю про дурацкую голограмму за спиной и расслабляюсь.
— Готов всегда пропускать удары, только чтобы ты меня лечила, — выдыхает в рот и вместе со мной встаёт. Перемещает руки на бёдра, сам их раздвигает, заставляя оплести торс ногами. И, не прерывая поцелуй, проходит мимо голограммы в сторону выхода из центра управления.
Глава 37
— Лан, — в комнату заходит Макс.
— Упрекать будешь? — скрещиваю руки на груди и губы поджимаю.
— Нет. Подумал, тебе захочется поговорить или помолчать, — пожимает плечами, грея в ладони пузатую чашку. Киваю. Поговорить или помолчать. Я согласна. Макс пересекает комнату и, сев рядом, передаёт бокал мне.
— Спасибо, — улыбнувшись, делаю глоток.
— В мире много зла. Столкнувшись с ним, ты нарастишь броню, но не сломаешься.
— Откуда ты знаешь? — усмехаюсь и кладу голову на плечо парня.
— Просто знаю.
Молчу. И Макс молчит. Он всегда умел молчать, когда слова не нужны. Мы просто сидим рядом. Плечом к плечу. Я пью кофе и смотрю на пустую стену. И сейчас. В эту минуту. Ощущаю себя дома. В нашей квартире. На Земле.
— Спасибо, Макс, — выдыхаю, отложив пустой бокал.
— За что? — удивляется он, встрепенувшись.
— За то, что ты есть. И за поддержку.