Она взяла в руки бриджи. Данфорду они были бы малы. Наверное, это те, что она оставила дома, уезжая в Лондон. Она с грустью посмотрела на свои новые платья. Как они великолепны — всех цветов радуги и нежнейших оттенков! Они были сшиты для женщины, которой она надеялась стать. С болью взглянув на них, новобрачная отвернулась и надела бриджи.
Данфорд, сидя за столом, нетерпеливо поглядывал на часы. Где же, черт возьми, Генри? Он ждал ее уже около часа. Он проглотил остывшую яичницу, не чувствуя вкуса.
Услышав шаги на лестнице, он встал. Генри выглядела утомленной, ее лицо казалось припухшим и измученным. Данфорд недовольно смерил ее взглядом. На ней была ее прежняя одежда, а волосы убраны в хвост.
— Не можешь дождаться, когда снова примешься за работу? — неожиданно для себя произнес он.
Она лишь кивнула в ответ.
— Только не надевай это, когда будешь выезжать из имения.
— Я постараюсь соблюдать приличия, — последовал ответ."
"Она взглянула на тарелку, вздохнула и отодвинула её от себя.
Данфорд вопросительно поднял брови.
— Я не голодна.
— Не голодна? Брось, Генри, ты ешь как лошадь.
Она вздрогнула, словно от боли.
— Как мило с твоей стороны лишний раз напомнить мне о моей «женственности»!
— Твой наряд также не говорит в ее пользу.
— Мне нравится моя одежда.
Боже милостивый, в ее глазах стояли слезы.
— Ради всего святого, Генри, я…
Данфорд провел рукой по волосам. Что с ним происходит? Он перестал нравиться себе.
— Я уезжаю в Лондон, — неожиданно сказал он.
Генри подняла голову:
— Что?
— Сегодня же. Сейчас.
— Сейчас? — прошептала она так тихо, что он не расслышал ее. — На второй день после нашей свадьбы?
Не попрощавшись, он вышел из комнаты.
Следующие несколько недель Генри провела в такой тоске, о какой раньше даже и не подозревала. Ее жизнь ничем не отличалась от той, которую она вела до знакомства с Данфордом.