— В столовой его точно нет, — сказала Генри, — в этом я уверена.
Быть может, он в гостиной вместе с другими напитками.
— Пойдем посмотрим.
Он пропустил ее вперед, с удовольствием отметив, как хорошо сидит на ней платье. Слишком хорошо. Он нахмурился. У Генри была красивая фигура, и ему как-то не хотелось, чтобы и другие знали об этом.
Они вошли в гостиную, и Генри склонилась над буфетом."
"— Его здесь нет, — сказала она, — хотя я не знаю, что ищу. Я никогда не видела, как выглядит портвейн.
— Тогда позволь, я посмотрю.
Он негромко прокашлялся, чтобы скрыть свое смущение, и склонился над буфетом. Портвейна не было.
— Что ж, полагаю, бренди тоже подойдет.
— Надеюсь, ты не очень расстроился. Он сурово посмотрел на нее.
— Я не настолько увлечен спиртными напитками, чтобы расстраиваться из-за бокала портвейна.
— Конечно, нет, — поспешила сказать Генри, — я вовсе не это имела в виду. Хотя…
— Хотя что? — потребовал Данфорд. Состояние постоянного возбуждения делало его очень вспыльчивым.
— Хотя именно тем, кто увлекается спиртными напитками, все равно, что пить, — сказала она задумчиво.
Он лишь вздохнул в ответ.
Генри подошла к дивану и присела на него. Теперь она чувствовала себя лучше, чем за ужином.
Данфорд разлил бренди и протянул ей бокал.
— Генри… — Он прокашлялся и продолжил: — Что касается сегодняшнего утра…
Она так сильно сжала в руке бокал, что он чуть не треснул. С большим трудом ей наконец удалось произнести:
— Да?
Данфорд прокашлялся.
— Мне не следовало так поступать. Я… я поступил дурно и прошу прощения.
— Не думай об этом, — сказала она как можно беззаботнее, — я уже забыла.
Он нахмурился. Конечно, он виноват и чувствует себя подлецом, однако ему было очень обидно, что она так легко решила забыть обо всем.
— Ну и хорошо. — Он снова прокашлялся. — И покончим с этим.
— У тебя болит горло? У Симпи есть чудесное домашнее средство. Думаю, она…
— С моим горлом все нормально.