Противник также был вооружен двумя клинками. Они больше напоминали сабли, имели более длинные клинки, что в сочетании с более длинными руками давали Берку явное преимущество. Еще они были силовыми. В отличие от человеческого оружия, силовое поле их мечей было бледно-красного цвета. Удивительно, что не фиолетового.
Пакля явно не успевала за противником. При всем своем умении и реакции, мощи модифицированного тела, навыкам и длительным тренировкам. Она пыталась, честно пыталась повторить подвиг своего непосредственного командира и даже умудрилась пустить первую кровь, когда в последний момент изменила направление удара и рассекла противнику предплечье.
Красный кривой меч с огромной силой протыкает Пакле живот, и здоровенный Берк поднимает нашу подругу над землей, словно боевое знамя. Один из ее мечей выпадает из руки на землю.
Никогда я еще не видел смерти, которой умирает сейчас Пакля. Я вижу, как она хватается за запястье врага рукой и вгоняет меч глубже в себя, стремясь дотянуться до врага вторым мечем.
И это ей почти удается. Ей удалось его ранить, но не убить. Лезвие меча проходит мимо горла и рассекает мохнатому плечо. Противник рыкает и стряхивает тело со своего клинка на землю, попутно еще больше разрывая внутренности. Пакля все еще была в сознании, когда он замахнулся вторым мечем. Я пихаю наблюдателя в спину. Раздается сирена, Берк на арене останавливает смертельный удар, обозначает поклоном уважение к поверженному противнику и, развернувшись, покидает Арену.
Один-Два. Я угрюмо смотрю на Овечку, которая оперлась на ЕЕ рукоятку. Тяжелый боевой наконечник пронзительно-розового цвета лежит на земле, блондинка с неизменной улыбкой наблюдает за происходящим на Арене, что-то тихо напевая себе под нос.
— Овечка! — зову я ее.
Она оборачивается. Улыбка становится еще шире, пушистые ресницы быстро-быстро опускаются и поднимаются пару раз, рука привычным жестом убирает со лба назад непокорный локон.
— Тебе нужно обязательно победить!
Она молча кивает, достает из кармана розовую резиночку и собирает свои роскошные волосы в тяжелый хвост. Мотнув пару раз головой, проверяет не мешает ли он в движении, вскидывает на плечо огромный Молот и смотрит на меня пронзительным взглядом своих изумрудно-зеленых глаз. Кивает в сторону Арены.
— Ну, я пойду? — и глазками — хлоп-хлоп.