Команда также не сдерживалась.
— Это восхитительно вкусно!
— Тоби, зайка, ты сделал мой день!
— Это просто охрененно!
— Между первой и второй промежуток небольшой! — ляпнул Алекс, разливая по второй.
Мы выпили. А потом ещё раз. И ещё несколько раз. Мясо закончилось, пьяненькие мы лениво откинулись в креслах, разговаривать уже не хотелось, есть не хотелось уже тоже. Чистый спирт залетал, уже как родной, хотя, может это от того, что вкусовые рецепторы и носоглотка были сожжены в хлам. И тут в дверь постучали.
Залетел опоздавший Бонд, у него были какие-то дела навигационные и поэтому он не смог прийти вовремя.
Бонд судорожно сглотнул.
— Тоби, дебил, ты что натворил?!!
В мой затуманенный алкоголем мозг закрались нехорошие мысли, и я посмотрел на нашего зелёного, Гоблин сощурился, почесал выступающее брюшко и сыто рыгнул, он находился в полнейшей алкогольно-пищевой Нирване.
— А что такое? — лениво поинтересовался Алекс.
— Вы вообще знаете, что вы жрёте? — спросил Бонд, тыкая пальцем в кастрюлю.
— Барашка? — Алекс засунул в рот палец, поковырялся там, вытащил на свет божий, внимательно рассмотрел, пьяно щурясь, и засунул обратно. — Очень похоже на барашка.
И громко икнул.
— Хуяшка!!! — заорал взбешённый Бонд. — Вы только что сожрали любимого пупса капитана корабля Коммандера Флака!!! Талисман «Разящего»! Любовь, сука, всего экипажа!
— Бля-я-я-ядь… — протянул я, заметно трезвея.
— Это такое животное! — ответил наш сельскохозяйственной эксперт, а по совместительству — Королева Красоты и Смерть Врагам, Первый Лейтенант Овца. — Домашнее животное, очень редкое и очень дорогое. Позволить его себе могут немногие, потому что они редкие и дорогие. Ой! Я это уже говорила… Растут они долго и размножаются плохо. Отличаются любовью к хозяину и хорошим аппетитом.
Я открыл рот, но тут же закрыл. Я даже, блять, не хочу представлять, как оно выглядит. Жалко животинку.
— И что теперь? — только и нашел, что сказать я.
— А теперь Коммандер лично, при поддержке нехилый толпы идёт сюда! Дабы покарать вас физически и анально… то есть психологически! Со всей пролетарской ненавистью, свойственной зоозащитникам!
Все как один уставились на зелёного, который вообще не отбивал дупля о том, что здесь происходит.