Духи? Пусть будут Духи! Да хоть черт! Мне просто нужен был мой Глюк, потому что иначе прорваться мимо шестерки здоровяков у меня не было ни единого шанса. А зеленая фигура в капюшоне вон, совсем рядом. и я без него не уйду.
Рявкнули автоматы в руках Рыцарей, очереди, направленные в меня принял на грудь разговорчивый Капитан, которого приставили ко мне в качестве адъютанта, потому что в Армии так, сука, положено. И подставляться вместо командира под пули, видимо, тоже положено.
Я бросаюсь вперед, крик боли Овечки разносится по связи, пронзительно и немного удивленно, она оказывается рядом со мной раньше, чем кто-либо. Бог свидетель, она умеет сражаться! Клинок, подобранный с тела Капитана колит и рубит, каждый удар находит свою цель.
Я перепрыгиваю через ближайший ко мне труп и встаю рядом, меч мой мелькает без остановки, пока Овечка пытается подняться.
Это ей не удается.
— Прости, Илай, не выходит, — выкашливает она. Пальцы бессильно сжимают топор, вонзившийся в живот, она опускает руки, не в силах бороться. Текущая из доспеха кровь образовывает под ногами лужу. — Не могу.
— Вставай и сражайся, или мы все просрём! — ору я, обезумев.
Раненая, Овечка притягивает оставшихся трех Рыцарей, стремящихся ее добить. Они молча кидаются в атаку.
И Глюк, наконец, пришел.
Я убиваю прямым ударом под шлем первого, ударом ноги отбрасываю второго на достаточное расстояние, чтобы он не достал раненую и следующим движением приканчиваю, третьего окутывает зеленое пламя, и он взрывается в энергетической вспышке.
Я рывком сокращаю расстояние до стоящего неподвижно Интекта и с треском обрушиваю забрало шлема в голову, прикрытую капюшоном, разбивая ему лицо и роняя на землю. Он падает навзничь.