Борисовичи, верхом на белых жеребцах, ехали во главе споро собравшейся свиты, состоявшей из местных бояр, духовенства и особо богатых купцов… впрочем, не только местных: завидев Вожникова еще издали, новгородский гость Михайло Острожец подогнал коня:
– Здоров будь, Егорий-господин! Очам своим не верю – ты?!
Оглянувшись в седле, молодой человек весело засмеялся:
– И я рад, Михайло!
– Дева-то какая с тобой. – Глянув на бывшую пленницу, новгородец с явным восхищением цокнул языком. – Вот так красавица!
– Невеста моя, Елена Михайловна, – похвастал Егор.
– Постой-ка! – купец хлопнул себя по лбу. – Не покойного ли князя Михаила, что с Воже-озера, дочка?
– Она.
– Та-ак… – новгородец ненадолго задумался, переваривая только что полученную весть, а затем тряхнул бородой. – Так Нифонт же… Так она ж… А ты, Егорий, часом, князем Заозерским стать не хочешь?
– Может, и хочу, – спокойно отозвался Вожников. – Отчего бы мне не стать князем?"
"– Так-та-ак… – снова протянул Михайло Острожец, прокручивая в мозгу какие-то свои – вероятно, очень важные – мысли.
– С чего это ты так раздобрился, господин хороший? – прямо спросил Вожников.
– Tempora mutantur et nos mutamur in illis, – уклончиво ответил купец. – Времена меняются, и мы меняемся вместе с ними.
Сказал, повернув коня, и, помахав кому-то рукой, быстро исчез из виду.
– Кто такой? – негромко осведомилась Елена.
– Так, один знакомый. Торговец.
– Новгородец?
– Откуда ты знаешь?
– Что я, не слышу, как он говорит? – девушка со всей серьезностью посмотрела на своего жениха. – Это тот самый, что снарядил вашу ватагу?
– Он.
– А нам с тобой, милый, везет! – бывшая пленница рассмеялась. – Борисовичи, купец этот. Осталось только твою ватажку найти.
– Уже нашел. – Молодой человек решительно взмахнул рукой. – До вечера не будем ждать, прямо сейчас и поедем!
– Правильно, – одобрительно кивнула невестушка.