– Пойдемте прогуляемся, достопочтенный синьор, – тут же выкрутился предводитель наемников. – Денек-то нынче чудесный.
День и в самом деле выдался неплохим – с высоким лазурным небом, едва тронутым длинными полупрозрачными облаками, с зеленой пахучей травою, ромашками и ласковым весенним ветром.
– Вот письмо от синьора консула и членов совета, – не дойдя до ромашкового поля, гость замедлил шаг, передав капитану свиток.
Синьор Аретузи быстро сломал печать, прочел – все ж таки иногда неплохо быть грамотным!
– Уйти? – ознакомившись с содержанием грамоты, несколько удивленно переспросил кондотьер.
– Не я, уважаемый господин капитан, а великий консул и члены городского совета, – усмехнулся посланец. – И не предлагают, а приказывают. Видите печать? Узнаете?
– О да, – пряча усмешку, старый воин прикрыл глаза.
Вот ведь как получается – Джелал-ад-Дину обещали одно, делают другое…
– Что же мы, царевича дожидаться не будем?
– Вы же прочитали все!
– Прочел, конечно, – синьор Аретузи махнул рукой: в конце концов, он всего лишь просто наемник, кондотьер, солдат – воин, воюющий за деньги – сольдо, а от наемника сложно требовать преданности и чести.
– Эмир Джелал-ад-Дин нынче уже отыгранная фигура, – поправив широкополую – от солнца – шляпу, пояснил синьор Барберини. – Играете в шахматы, господин капитан?
– Только в кости, – поправив съехавший с плеча плащ, угрюмо отозвался Аретузи.
– Вам платит совет, – снова напомнил посланник. – Полагаю, пора уж и распорядиться.
– Распоряжусь.
Кивнув, старый солдат повернулся на каблуках и, не оглядываясь, зашагал к лагерю. То, что происходило сейчас, ему не очень нравилось, но синьор Аретузи был солдатом и повиновался приказу. Тем более платил-то действительно городской совет Кафы.
– Что же касаемо молодого эмира, – придерживая шляпу, Барберини быстро нагнал капитана, – то, полагаю, битвы с русскими он не перенес.
– С какими еще русскими? – удивленно обернулся капитан.
Похоже, день сегодня выпал такой – настало время всему удивляться.
Вскоре по всему лагерю затрубили трубы. Оживленно переговариваясь и обсуждая на все лады только что поступившую новость, солдаты проворно сворачивали шатры, готовясь к очередному маршу.