Может статься, они пожелают дать нам сражение прямо в порубежье.
Джелал-ад-Дин с трудом сдержал гнев. Его лишили трона – а князя Витовта, не раз клявшегося в дружбе и преданности, заботит только месть Василию Московскому! Литвин даже не советовался и с самого начала спланировал поход так, чтобы в первую голову ударить на Москву. Но сейчас не стоило высказывать свое мнение вслух. Когда он вернет звание великого хана, тогда и настанет час вспомнить прежние обиды. Пока же самое главное: общий поход супротив наглой безродной узурпаторши наконец-то начался! Это значит, что к середине лета блудливая ханша Айгиль сядет на кол.
Если посадить ее на кол с перекладиной, то жить она будет долго, очень долго. Не меньше недели. Сидеть, выть от боли и бессилия, молить о смерти. А он – отдыхать напротив за дастарханом, пить чай и любоваться этим зрелищем.
* * *"
"В это самое время Егор, разложив на полу светлицы выбеленную коровью шкуру, задумчиво рассматривал недавно нарисованную карту.
– Так просто Витовта не возьмешь, – наконец выдохнул он. – Затопчет числом. Людей нужно больше…
– Ты все равно не успеешь, – сказала княгиня. – У тебя еще не все созванные люди собрались.
– Давно ты здесь? – оглянулся он на жену.
– Изрядно… – Елена подошла ближе, обняла его, поцеловала в щеку. – Ты так увлекся, что ничего вокруг не замечаешь. Однако же спасти свою Айгиль ты не успеешь, не судьба. Обозы медлительны, круговой путь долог.