– Ну вот, а ты говорил нет ничего, а мы нашли, – и разбойник, к которому обращались, как-то беззлобно дал пощечину связанному парню.
– Ты об этом еще пожалеешь, вы все пожалеете, – взвился тот, чем вызвал очередной взрыв хохота у разбойников.
Решив прекратить происходящее на поляне, я раздвинул кусты и шагнул под испуганные взгляды присутствующих. Тот, что шарил по сумкам, даже застыл с открытым ртом. На какое-то мгновение установилась мертвая тишина, но затем, увидев, что я один, разбойники приободрились.
– Ты посмотри, как нам сегодня везет, – проговорил Муслин, скорей всего, он и был главным в этой шайке. – Иди сюда, парень, не заставляй нас ждать, – продолжил он и гнусненько так усмехнулся.
Я решил попробовать сначала разрешить конфликт, договорившись с ними:
– Мужики, сегодня чудесный день, мне бы не хотелось его омрачать вашей смертью, давайте просто решим все по-хорошему: вы возвращаете все вещи парню, а затем, отвязав его и извинившись, удаляетесь. При этом вы получите от этого несомненную выгоду, то есть ваши жизни.
И я замолчал, ожидая их реакции."
"– Парни, а ну быстро… взяли его, – прорычал главарь и двинулся в мою сторону, помахивая тяжелой кавалерийский шпагой. Его подельники от него не отставали и толпой стали ко мне приближаться. Поняв, что миром разойтись не удастся, я выхватил меч и пошел им навстречу. Главарь на какое-то мгновение притормозил, а вот его подельники – нет, так что они оказались чуть впереди, и я, не дожидаясь их приближения, начал действовать.
Уклонившись от опускающейся на мою голову дубины, я чиркнул мечом по внутренней стороне бедра нападавшего и сместился к следующему. Тут, тоже не мудрствуя, ударил по локтю руки, отрубая ее, и, не обращая внимания на вопль, бросился к главарю. И… чуть не пропустил удар подкравшегося сзади любителя рыться в чужих вещах, к счастью, он отчего-то споткнулся на ровном месте, и мне достаточно было ударить его свободной рукой в висок, чтобы он затих. Главарь оказался самым хитрым: увидев расправу над своими подельниками, он бросил шпагу и кинулся наутек, а на последнего разбойника напал столбняк.
– Что стоишь, а ну быстро – развяжи парня, – произнес я, нахмурившись.
– Да, да, господин, я сейчас, я мигом, – и он кинулся развязывать веревку, которой парень был привязан к столбу. Он, кстати, за все время схватки не произнес ни слова, а только хлопал глазами.