Наверное, годы работы с моим предшественником, доктором Кэгни, научили ее осторожности.
Кабинет нашего системного администратора Маргарет находился в центральной части здания. Стены в этой маленькой комнатке, отличавшейся спартанской обстановкой, были выкрашены той же тусклой бежевой краской, что и в остальных кабинетах. Пол, выложенный темно-зеленой керамической плиткой, постоянно казался пыльным, независимо от частоты уборок. На каждой более или менее пригодной для этого поверхности громоздились кипы распечаток, из шкафа едва не вываливались инструкции, кабели, картриджи и дискетницы.
Маргарет сидела спиной к двери, уставившись в монитор. На коленях она держала практическое руководство по программированию. Повернувшись вместе с креслом и увидев меня, Маргарет подвинулась. Ее лицо было мрачным, короткие темные волосы растрепаны, будто она их ерошила, в глазах застыло отчаяние.
— Я с утра была на собрании, — начала Маргарет. — А когда вернулась, увидела на экране вот это.
Она протянула мне распечатку с последовательностью команд, позволявших запросить базу данных. В первый момент я ничего не поняла: команда «Характеристики», список фамилий, несколько раз повторенная команда «Найти». Сначала «Найти» требовалось фамилию «Петерсен» и имя «Лори».
Лори Петерсен в списках не значилась — я еще не отдавала ее дело для занесения в базу данных.
— Маргарет, вы точно не задавали программе эти команды?
— Разумеется, нет, — с достоинством произнесла Маргарет. — И никто не задавал. Это невозможно.
Я напряглась.
— В прошлую пятницу перед уходом, — продолжала Маргарет, — я сделала все, как обычно, — поставила компьютер в режим ожидания на случай, если вам понадобится связаться с офисом из дома.
Дело постепенно прояснялось. Офисные компьютеры связаны с компьютером в кабинете Маргарет и сервером, но не подсоединены к компьютерам в Министерстве здравоохранения и социальных служб, несмотря на настоятельные рекомендации начальства.