Береговая охрана будет существовать сама по себе, иммиграционная служба станет просто офисом с тремя тетками, больше здесь не нужно. Отделу будет переподчинена вся охрана всех объектов, которым эта самая охрана нужна.
— А что вдруг такая централизация?
— Для более рационального использования ресурсов. А то у нас каждый объект сам себя охраняет, хапает все, что плохо лежит, и плодит бездельников. А тебе надо будет наладить охрану нескольких объектов на Бонэйре.
Тут я как об стенку треснулся лбом. Помолчал, потом спросил:
— Это с чьей вообще подачи сделано?
Рэй вроде как удивился вопросу:
— Моей, я же сказал.
Ну да, может, и так. С Роной он не знаком, хотя у нее своих контактов хватает, могла и шепнуть кому-то что-то на ухо. Но если Рэй сказал, что это не так, то это именно что не так. Случайность. Да, наверное. Наша с Рэем компания как раз и занималась охраной объектов по всему миру в разных нехороших местах, так что все логично.
— Но это не предполагает моего переезда, нет?
— Нет.
Так, ну и что я теперь? Рад? Да пожалуй что рад. Два месяца. Если бы сказал туда вообще переехать — я бы прямо сейчас развернулся да в дверь и вышел. Боюсь. Боюсь, что сорвусь, что лишнее сделаю, что еще что-то не так пойдет, а у меня семья. А набегами, прилетел-улетел — это ничего. Пока ничего.
— А что потом?
— Организуй. К тому же максимально используй новичков, тренировать их на охранников не так сложно.
Все верно. Сначала надо было чистить острова, налаживать службу, искать нужное — всем этим занимались контракторы, которые прибыли с первой волной. Больше никого не было. В «Поиск и Спасение» брали людей из выживших, сочли, что там достаточно просто все, и по сути так и оказалось.
Садился на стул я долго и медленно, Рэй наблюдал с иронией, но ничего не сказал.
— Что-то планируется? — спросил я.
— Да, — кивнул он, поставив чашку с кофе перед собой.