Новое лицо
Возле входа в кирпичное, похожее на какие-то гаражи или склады здание, стоят и курят Грин с Соником. Мое появление, к тому же в куртке Лекса, не проходит для них незамеченным. Но реакция разная: Грин слегка ухмыляется и кивает мне как старой знакомой, а Соник смотрит с плохо скрываемой неприязнью.
– Лекс, – бросает он, нахмурившись, – а она тут за каким хером?
– Тебя не спросил, – лениво, но без особой злости отвечает Лекс. – Я у Вартана должен был ее оставить или как?
– А ниче, что мы ей базу светим? – поджав губы, интересуется Соник, приводя, видимо, последний аргумент.
– Она умная девочка, она не будет болтать лишнего, да, Ярослава? – хмыкает Лекс и так смотрит на меня, что я поспешно киваю.
– Да и не то чтобы это прям был секрет, – вдруг встревает Грин. – Рыжий в курсе, многие в курсе. А че нам, закон мы не нарушаем так-то. Бабло тут тоже не храним, оно же…
Соник выразительно кашляет, и Грин умолкает, не договорив.
Металлическая дверь с раскуроченным замком приоткрыта, Лекс подходит, дергает ее, распахивая настежь, и смотрит на меня с усмешкой:
– Заходи, Ярослава, – приглашает он.
"– Так позвони сразу, – предлагает Соник.
– Не люблю быть должным, – морщится Лекс. – Гончий деньгами не берет, а нахуй мне его это «потом сочтемся»?
– Тоже верно, – через паузу соглашается он.
У меня какое-то дежавю. Опять мы непонятно где, опять Лекс занят с Соником какими-то важными делами, а Грин присматривает за мной. Но в этот раз он в более приветливом настроении, поэтому все не так уж и плохо.
База оказывается каким-то помещением типа складского: без окон, с потрёпанным диваном, двумя сейфами, несколькими рабочими столами, чайником, разномастными кружками и банкой растворимого кофе.
– А зачем вам растворимый, если у вас вот тут кофемашина есть? – с любопытством спрашиваю я, кивая на дорого выглядящий агрегат.
– Лекс только растворимый пьет, – ухмыляется Грин. – А Соник наоборот только свое латте, бля, хуятте. Пиздец сноб, да?
И почему-то это звучит так забавно, что я искренне смеюсь.
Грин улыбается мне и весело подмигивает, сразу становясь таким обаятельным, что я невольно вспоминаю Лекса, назвавшего его бабником.