Король Эльфов всего-лишь нахмурил свои древесные брови, а Хаджар ощутил такую волну силы, что её одной хватило бы, чтобы смыть с лица земли всех учеников внешнего круга школы Святого Неба.
Возможно, еще и полноправных тоже.
– Постой! – воскликнула прекрасная эльфийка.
Она опустила ладонь на рукоять меча своего короля.
– Постой, брат, – повторила уже шепотом.
– Гера, опомнись! – даже голос у этого существа звучал как-то “по-лесному”. Как далекий птичий крик в кустах. – Перед нами потомок Врага, если уже не сам Враг!
– Сам Враг? – переспросил Хаджар.
– Нельзя убить того, кто не был рожден! – в сердцах выкрикнул Король.
Вокруг него вновь начали собираться волны силы. От их присутствия дрожал воздух и, кажется, немного трескалась ткань пространства. Проявлялось это в виде странных всполохах, появляющихся в воздухе вокруг них.
– Остановись! – эльфийка по имени “Гера”, раскинув руки в стороны, встала на пути клинка. – Ты собираешься убить невинного!"
"– К Великому Лесу повинен он в чем-то или нет! Он потомок Врага! Наш священный долг изжить со света каждого из них!
Хаджар все так же спокойно, полулежа, взирал на происходящее.
Это был один из таких.
– Или ты не помнишь, что произошло в Ласкане, когда один из потомков Врага отдал ему свою душу?! Целое Королевство превратилось в одно сплошное море крови! И сколько потребовалось Повелителей, чтобы остановить жалкого Небесного Солдата?!
– Продаст душу? – робко поинтересовался Хаджар.
На этот раз его проигнорировали. Родственники продолжили препираться, а Хаджар в который раз воздал хвалу паранойе Эйнена. Она, как любая другая болезнь, передалась и Хаджару. Порой сильно вредила жить, это безусловно, но в данном случае, возможно, спасла жизнь.
В мире боевых искусств никогда и ничего не дается “просто так”.
Что же до Врага, Черного Генерала, то он предложил свою силу, казалось бы, почти за даром. Всего-лишь объединить усилия. Так звучала формулировка. Ну да, разумеется, объединить усилия с древним существом, которого боялись даже Боги. Ну, большая их часть.
Наверняка такое объединение подразумевало скорое поглощение.