Интересно, а Дарнаские Легионы тоже таскают за собой километры обозов или у них есть какие-нибудь невероятно вместительные пространственные артефакты?
А еще в небе зависли не только гражданские летающие суда, но и те, которые горделиво сверкали начищенными до блеска пушками.
Да, возможно войны Империй действительно ведутся несколько иначе.
– На убийцах не было опознавательных знаков Ласкана, – ответил Хаджар.
– И действительно, – протянул Эйнен, вспоминая битву.
Удивительно, на нападение на “Небесный Пруд” случилось прошлой ночью, а в свете круговерти последних событий казалось, будто это случилось едва ли не в прошлой жизни.
– Не думаю, что Император решит зацепиться за этот нюанс, – покачала головой Дора. – Слишком долго мы с Ласканом кусаем друг друга. К тому же целых пятнадцать веков обе стороны копили силы.
– И если бы этих сил было достаточно, то либо были бы опознавательные знаки, либо к западным границам выдвинулись бы легионы, – для Хаджара эта тема была болезненна, но он старался не подавать вида.
Дора, немного помолчав, повернулась к темноволосому варвару.
С самой их первой встречи ей было рядом с ним не по себе. Ситуацию не сглаживал и тот факт, что буквально недавно Хаджар что-то обсуждал с её отцом и тетей.
Слишком много тайн окружало Хаджара. Куда больше, нежели Эйнена. И это только дворцовые девки любили таинственных и загадочных, но не Дора. С детства она поняла, на собственном болезненном опыте, чем больше тайн и интриг – тем больше вероятность опасности.
– Ты многое знаешь о войне, – туманно произнесла девушка.
– Как и любой принц, – тут же сориентировался Эйнен. – Смотрите, Диносы.
К их “общественному транспорту” подъехали два полосатых тигра. На каждой из гигантских кошек восседало по Диносу. На том, что побольше и по-грознее, сидел Том. Он, зачем-то, напялил свой доспех, а снятый шлем держал подмышкой. О стальные поножи не очень мелодично бряцали ножны его Императорского меча.
На второй кошке, размерами уступавшей той, что принадлежала брату, ехала Анис.