Моему мужу, наверное, не очень радостно приходить домой, где я вечно в депрессивном настроении. Сижу за компьютером в комнате, которая по плану должна была быть детской… И не особо интересуюсь его делами.
Надо что-то менять. Надо вылезать из депрессии.
И восстанавливать отношения. Пока не поздно…
Сегодня я расстаралась с ужином. И мне очень хочется просто посидеть, поболтать со своим мужем о том, о сем. Как раньше.
– Вкусно, – говорит Максим, уплетая за обе щеки картошку с мясом.
– Устал? – спрашиваю я.
– Как собака, – кивает он.
– Сегодня получила новый заказ.
– Круто. Как насчет следующих выходных? Сможем съездить загород к Аньке с Лехой?
– Не знаю, получится ли…
Вообще, я запросто смогу освободить время. Но не очень хочется. Мне трудно переносить сочувствующие взгляды друзей Максима. Все в курсе нашей ситуации, все за нас переживают. Не надо было им рассказывать с самого начала… Это личное!
Но друзья хотя бы деликатно молчат. Все, кроме Ани. У нее язык как помело. Слушать ее ахи, вздохи и советы… Нет уж, увольте!"
"– Ты постарайся, – говорит Максим.
– Будете вспоминать свое спортивное детство?
– Наверное. Тебе скучно слушать?
– Ни капли! Сколько вы все уже знакомы?
– Да лет двадцать. С пятого класса, когда пришли в лыжную секцию.
– С ума сойти…
А мы с Максимом знакомы… Сколько? Четыре с половиной года. Тоже немало. Но с его друзьями я конкурировать не могу. Да и не нужно!
Они мне всегда нравились.
А сегодня у нас с Максимом получился замечательный ужин. Реально – как раньше.
Я прохожу мимо зеркала в прихожей, и замечаю, что улыбаюсь. Застываю, смотрю на себя. В последнее время улыбка на моем лице появляется нечасто…
Может, зря?
Все будет хорошо. Мы найдем выход из этой ситуации. Есть разные варианты.
Я наклоняюсь, чтобы поднять упавший шарф мужа. Вешаю его. И вдруг вижу длинный темный волос на светло-серой ткани шарфа.
Слегка волнистый. Раза в три длиннее, чем у меня. Очевидно, женский…
Глава 11
Вероника
Я полночи не сомкнула глаз.
Пыталась убедить себя, что волос – это просто случайность, которая ничего не значит. Но никакие аргументы и доводы не могли меня успокоить.
Чувствуя себя абсолютно чокнутой маньячкой, я два раз за ночь ходила смотреть на этот волос.
Я положила его в нижний ящик шкафчика в ванной. На белом фоне его черный цвет выглядел особенно зловещим.