Беготня с мячом всегда помогала мне расслабиться и забыть обо всем.
Но там пацаны… свидетели моего позорного поведения. Ну что мне, всю жизнь теперь от них бегать?
Ни с кем, кроме Алекса, я за это время не виделся. Но сегодня решился.
Приезжаю, когда они уже заканчивают разминку. Здороваюсь со всеми и сразу вливаюсь в игру. Ничего не говорю.
Они тоже молчат. Ничего не спрашивают, никак не комментируют ни мои подвиги, ни мое почти трехнедельное отсутствие.
Я ношусь по полю. Яростно бьюсь за мяч. Так яростно, что Леха отлетает от меня на противоположный край поля.
– Я, блин, в твоей команде! – верещит он. – Чего ты меня щемишь?
– Точно в моей? – зло ору я.
И он понимает, что я имею в виду.
Молчит. Дает мне пас. Я со всей дури бью по мячу.
Забиваю…
Пацаны радостно вопят. Игра продолжается.
Но мое напряжение не спадает. Наоборот, я становлюсь все более взвинченным. И в какой-то момент снова выхожу из-под контроля. Начинаю лупить по чему попало: по мячу, по чьим-то ногам, по штанге ворот…
Кто-то хватает меня за шкирку и вытаскивает с поля.
– Остынь, – говорит он мне.
А пацанам делает знак, чтобы играли без нас.
– А ты че лезешь вообще? – ору я.
– Я не лезу.
– Пусти меня!
– Да я-то тебя не держу. А вот тебе бы посоветовал держать.
– Чего? – не понял я.
– Друга своего в штанах.
– Да пошел ты!
Руслана с Катюхой на той гнилой вечеринке не было. У них детишки разболелись. Так что своими глазами они ничего не видели. Но уже всё знают! А я еще надеюсь утаить шило в мешке…
– Я слышал, ты с бывшей неосторожно тёрся, – выдает Руслан.
Тёрся… слово-то какое подобрал! Странное. И слишком мягкое в данной ситуации. Если только…
– Что ты слышал и от кого? – наседаю на него я.
– От Кати слышал. Ей девчонки рассказали, как ты с бывшей во время танцев обжимался. Это сейчас главная тема сплетен. Не буду говорить, какими словами Катя тебя называла…
– Уж не страшнее, чем я сам, – бурчу я.
– Катя просто очень переживает за Нику. Они вроде как подружились. А эту твою Диану она на дух не переносит…
– Она не моя! – взвиваюсь я.
– Ну и отлично.
– И больше ты ничего обо мне не слышал? – спрашиваю я.
– А есть что-то еще?
Я невольно хватаюсь за голову.
Есть. К моему стыду и сожалению.
Но… оказывается, эти трое реально молчат. Ладно, Алекс. И даже Леха – понятно. Но как Анька еще всем не растрепала…
Значит, реально чувствует себя виноватой.
– Поговорил с Никой? – спрашивает Руслан.
– О чем?
– Не знаю, – Руслан пожимает плечами.