Надо не придавать словам лишний смысл…
Пытаюсь не думать о том, что он меня волнует, заставляет искрить и быть открытой, откровенной почти на грани, чуточку сумасшедшей!
Если бы он добивался моего расположения, я бы в него уже втрескалась по уши.
Однако у нас другая ситуация. Мы по разные стороны баррикад. Не стоит забывать об этом…
Ни на одну секунду.
* * *
– А что в том пакетике? – спрашиваю, закончив с основным обедом.
Любопытство сильнее меня! Хочу узнать, что в пакете и даже на самодовольный блеск в глазах Анварова становится плевать.
– Там…
Он вынимает из пакета пончик, мой любимый, с розовой глазурью, с посыпкой в виде белых сердечек и смачно откусывает.
– С клубничной начинкой, – комментирует, подхватив пальцем сироп, побежавший по его губе.
– Ты… его… сожрал! – говорю потрясенно, смотря, как за секунду Анваров умял целый пончик.
Самый настоящий Аллигатор.
– Тебе все равно нельзя много сладкого и жареного! Будет изжога и лишний вес… – облизывает пальцы.
"Издевается! Из сладкого я позволяю себе только этот пончик, и то не каждый день, а он… он просто сожрал его у меня на глазах.
Чувствую, что вот-вот глупо разревусь, как ребенок, у которого отобрали конфетку.
– Ты будешь ужасным отцом! – срывается у меня с губ в момент, когда Анваров протягивает в мою сторону пакет со словами:
– Держи. Внутри еще один пончик!
Мы произносим наши фразы почти одновременно. Анваров с небольшой задержкой поджимает пухлые губы недовольно.
– Я же сказал, что обед на двоих.
Мое настроение меняется со скоростью света. Сейчас становится грустно.
Даже сладкий пончик не поднимает настроение. Я съедаю его на автомате, не желая уступать Аллигатору еще и радость от любимого лакомства, однако радости, как таковой, нет. Потому что я снова вернулась мыслями к обещаниям Анварова отобрать у меня малыша…
Оставшееся обеденное время проходит в полной тишине. Потом Анваров провожает меня обратно в офис, следуя по пятам.
– Прошу, не иди следом за мной!
– А что? – спрашивает с вызовом. – Боишься, что я способен испортить твою репутацию? Или до сих пор всем рассказываешь сказки о Юре? – презрительно выплевывает последнее слово.
– Юра – мой бывший муж.
– Конечно, именно поэтому ты решила вновь с ним сойтись.
На виске Анварова вена начинает пульсировать сильнее.