Жребий Салема

Матери такие игрушки не нравились, и она считала их даже вредными, чем немедленно воспользовался Ральфи для шантажа. Погань – она и есть погань!

– Ты знаешь, что ты погань? – поинтересовался Дэнни.

– Знаю, – гордо ответствовал Ральфи. – А это что?

– Это такая зеленая и липкая дрянь вроде соплей.

– От такого слышу! – отозвался Ральфи.

Они пробирались вдоль лениво журчавшего ручья, чья поверхность в сгущавшихся сумерках отливала перламутром. Через две мили ручей впадал в Тэггарт-Стрим, а тот, в свою очередь, – в реку Ройал.

"

"Дэнни, внимательно глядя, куда ступает, начал осторожно перебираться по камням на другой берег.

– Приготовься, Дэнни! – восторженно закричал сзади брат. – Я тебя сейчас столкну!

– Только попробуй, и я тебя закопаю в зыбучий песок, гнида! – предупредил Дэнни.

Они перебрались на другой берег.

– Здесь нет никакого зыбучего песка! – фыркнул Ральфи, на всякий случай подобравшись к брату поближе.

– Думаешь? – угрожающе переспросил тот. – Тут несколько лет назад погиб один парень.

Я слышал, как в магазине об этом говорили взрослые.

– Правда? – Глаза у Ральфи расширились.

– Точно! – подтвердил Дэнни. – Он вопил что есть мочи, а потом в рот набился песок, он захрипел и ушел с головой.

– Пошли дальше, – боязливо попросил Ральфи. Уже почти стемнело, и в лесу зашевелились тени. – Пошли отсюда!

Они двинулись по другому берегу, то и дело поскальзываясь на сосновых иголках. Мальчиком, разговор о котором Дэнни подслушал в магазине, был Джерри Кингфилд десяти лет.

Наверное, его затянули зыбучие пески, и если он и кричал перед смертью, то никто этого не слышал. Шесть лет назад он просто ушел на рыбалку и пропал в болотах. Кое-кто считал, что он погиб в зыбучих песках, но были и такие, кто не сомневался, что тут не обошлось без извращенцев: их теперь развелось немерено.

– Говорят, что его призрак до сих пор бродит по лесу, – торжественно произнес Дэнни, не считая нужным сообщать брату, что болота находились в трех милях отсюда.

– Не надо, Дэнни… – жалобно попросил Ральфи.

 – Не надо… в темноте.

Вокруг таинственно поскрипывали деревья. Жалобный плач козодоя стих. Где-то сзади едва слышно хрустнула ветка. Небо потемнело.

– И время от времени, – зловещим голосом продолжал Дэнни, – когда в лесу оказывается какой-нибудь маленький мальчик, призрак подкрадывается к нему из-за деревьев, а лицо все в песке и покрыто гнилыми язвами…

– Дэнни, пожалуйста!

В голосе Ральфи звучала такая мольба, что Дэнни замолчал.