Жребий Салема

Не забывай, что я был тем самым мальчишкой, который открыл дверь в спальне наверху и увидел, как он раскачивается в петле на балке.

– Это не ответ.

– Согласен. Тогда позволь мне рассказать еще об одной вещи, а уж потом изложить свое мнение. Я услышал это от Минеллы Кори. Она сказала, что на свете существуют настоящие исчадия ада. Иногда мы о них узнаем, но чаще они действуют в полной неизвестности. Она сказала, ей выпало несчастье знать двух таких людей. Одного звали Адольф Гитлер, а другим был ее зять Хьюберт Марстен.

Бен помолчал и продолжил:

– Минелла сказала, что в тот день, когда Хьюби застрелил ее сестру, она находилась в трехстах милях от Салемс-Лота – в курортном городке Кейп-Код, где работала экономкой в доме одной богатой семьи. В четверть третьего Минелла как раз готовила салат в большой деревянной плошке, когда голову вдруг пронзила острая боль – «будто ударила молния», как она выразилась, – и она услышала громкий выстрел. Минелла потеряла сознание и упала на пол. В доме никого не было, а когда через двадцать минут Минелла очнулась и взглянула на плошку, то закричала от ужаса: ей показалось, что та полна крови.

– Боже мой! – прошептала Сьюзен.

– Через мгновение все встало на свои места. Никакой головной боли, в плошке только салат. Но, по ее словам, она знала! Знала, что сестру убили выстрелом из дробовика.

– Но это же только ее слова, которые ничем не подтверждаются?

– Верно. Но она не из тех, кто способен на розыгрыш, – она уже слишком стара, и для обмана у нее просто не осталось мозгов.

Но больше всего меня тревожит не это. Во всяком случае, сейчас уже имеется немало данных об экстрасенсорном восприятии. Так что мне проще согласиться, что Бэрди смогла телепатически сообщить сестре о своей смерти, чем поверить в лик дьявола – действительно ужасный! – который мне чудится в очертаниях этого дома.

Ты спрашивала, что я на самом деле думаю. Я отвечу тебе. Мне кажется, что людям легко верить в возможность телепатии, ясновидения или телеплазмы, поскольку их это в общем-то не затрагивает и не мешает спокойно спать по ночам.

А вот с мыслью, что зло, сотворенное человеком, может пережить своего создателя, смириться не так просто.

Он бросил взгляд на Марстен-Хаус и медленно продолжил:

– Я думаю, что этот дом является памятником злу, который возвел Хьюби, и служит для зла своеобразным резонатором или, если угодно, сверхъестественным ориентиром. Мне кажется, что дом насквозь пропитан злом Хьюби и все эти годы хранил его.