Туфли в прошлый раз не пострадали, так что я могла вполне надеть их на этот бал. Черные, лакированные, они подходили под новую одежду.
Итан ждал. Мне казалось, что я спиной чувствую его взгляд и его неприкрытый интерес. Любопытство снедало оборотня, но я не собиралась открываться ему.
— Знаешь, — подхватив камзол, перебросила его через руку, затем отправила следом брюки и рубашку. — Я конечно понимаю, что мы оба мужчины и все такое, но как-то не привык, чтобы на меня смотрели с интересом, — обернувшись к Хейлу, встретила его взгляд.
Он закашлялся и покачал головой.
— Эй, мелкий, ты что там себе придумал? — проговорил он.
— А то, что одно дело, когда мы с Горро просто переодеваемся и нам плевать на друг друга, то вот так, стоять под пристальным взглядом, ты уж прости, Итан, не по мне, — я понимала, что рискую, но стояла на своем, зная, что единственный выход — это воздействовать на его совесть и благородство.
— Не говори глупостей, Оливер, — произнес с холодом в голосе мужчина. — У меня все в порядке с ориентацией. — Он правильно расценил мои слова и понял намек.
— Тогда я пошел в ванную комнату и там уже приведу себя в порядок, — я улыбнулась Хейлу. — Мне так будет спокойнее. Не хочется мелькать голым задом перед старшим другом! — и нагло прошагала за дверь. Там закрылась, облокотившись на стену и отдышавшись. А затем начала быстро переодеваться, прислушиваясь к тому, что происходит в комнате и стараясь даже не смотреть в сторону зеркала.
И как показало время, умела.
Итан даже не подумал подсматривать. Когда я вернулась в комнату, уже одетая с иголочки, похожая на смазливого молодого юношу, оборотень стоял у окна спиной ко мне, но почувствовал мое возвращение.
— Оделся? — он обернулся, удивительно спокойный, за исключением сверкнувших глаз.
— Да. Спасибо за костюм. Я найду работу и верну деньги. Обещаю.
— Это подарок. Я же сказал, — отрезал он. Затем оглядел меня с ног до головы и хмыкнул. — Полагаю, сегодня на празднике несколько девичьих сердец будет разбито.
— Ты льстишь мне, — я улыбнулась.
— Ну, пойдем и проверим, — предложил Хейл и первым направился к выходу.