Думать о том, что находилась так близко к Дорнану не хотелось. Я старательно гнала эти мысли прочь, но не могла оторвать взгляда от его стройной фигуры и невежливо пялилась вплоть до того момента, когда мы подошли к зданию.
К моему удивлению, праздник еще не закончился. Пересекая холл, я слышала доносившиеся из зала звуки музыки и голоса, хотя уже не такие гудящие, словно гости разошлись, но не все. И этот улей, кажется, еще долго не намеревался расходиться. Впрочем, какое мне было дело до праздника? Меня на нем едва не отправили на тот свет и, подозреваю, если бы не кольцо, подарок Блеквуда, я бы не дождалась прихода нежданного и неожиданного, спасителя в лице некроманта.
Мы преодолели лестницу в молчании. Второй этаж, где располагались покои Дорнана, утопал в темноте и относительной тишине. Так что наши шаги, его тяжелая быстрая поступь и мои мелкие, спешащие успеть за некромантом, отзывались эхом в глубине коридора.
Под дверью, за которой располагались комнаты некроманта, горел свет. Я различила тонкую полоску, растекшуюся по полу, когда Дорнан прошел вперед и по-хозяйски распахнул дверь и первым зашел внутрь.
"— Оливер? — позвал он меня.
Я вошла. Помещение заливал неяркий свет. В камине жарко пылал огонь и рядом, облокотившись на одно колено, сидел Итан, держа в руке сухое полено, которое явно намеревался скормить жадному пламени.
Услышав нас, он обернулся. Взгляд оборотня скользнул сразу ко мне, и я заметила выражение облегчения, промелькнувшее на его лице.
— А вот и вы. Я уже заждался, — он поднялся, отряхнув брюки.
Дорнан прошел вперед, снял камзол и бросил его на спинку дивана, после чего подкатил рукава рубашки и прошел вперед. Все это время я смотрела не на него, а на Хейла. Тот, в свою очередь, вопросительно уставился на меня, а затем спросил, словно объясняя любопытный взгляд:
— Как самочувствие, Оливер? — и в его голосе звучало неподдельное волнение.
— Спасибо. Уже сносно, — ответила я.
Дорнан резко обернувшись, жестом приказал нам сесть, указывая на диван.
— Итан, — начал он, обращаясь к Хейлу. — Нам придется ввести в курс дела нашего молодого друга, — прозвучало подчеркнуто и несколько раздраженно.