— Охренеть! — произнёс я, раскидывая руки и ноги на поверхности воды словно морская звезда. — Я победил!
Не просто выжил в схватке, а именно победил. Уничтожил существо, которое столетиями терроризировало эти воды. Моё собственное творение, извращённое и испорченное, но всё же несоизмеримо более мощное, чем я сейчас."
"Страж мог раздавить меня в любой момент. Но инстинкты Архимага, отточенные тысячелетием битв, сработали безупречно. Тело новое, но рефлексы прежние.
А ещё во мне что-то изменилось. Кардинально изменилось.
Ощущение было до боли знакомым. Прорыв. Переход на новый уровень силы. Острое, почти болезненное чувство расширения. Словно ты годами жил в тесной комнате, а потом стены раздвинулись, и оказалось, что места в десять раз больше.
Энергия Стража не просто прошла сквозь меня, когда я откачивал её в камни. Перед этим она наполнила мой источник до предела.
— Получилось, — констатировал я вслух.
Голос прозвучал спокойно, даже буднично. Но внутри всё пело от удовлетворения. Это было спокойное удовлетворение мастера, вернувшего часть утраченного мастерства.
«Данила победил!» — Капля материализовалась рядом в фонтане брызг. — «Монстр исчез! Растёкся! Больше нет!»
Она светилась ярче обычного. Не просто фосфоресцирующее свечение водного духа, а настоящее сияние. Эмоции переполняли её маленькое тельце, выплёскивались наружу световыми волнами. Гордость за меня, облегчение, радость.
— Не монстр, Капля, — поправил я, глядя на расходящиеся круги там, где ещё минуту назад был Страж.
«Но он хотел съесть Данилу!»
— Он выполнял программу. Только искаженную. Как собака, которую приучили кусать всех подряд. Это не делает собаку злой. Это делает злыми тех, кто её так выдрессировал.
«Люди плохие?»
— Некоторые. Те, кто двести лет назад решил кормить Стража девушками. Видишь ли, изначально он охранял жемчужную ферму от хищников и воров. Но местные решили, что ему нужны человеческие жертвы.
Философские размышления можно было продолжать долго, но лодка ждала. Я поплыл к ней размеренными гребками, наслаждаясь тем, как легко даётся каждое движение.
Это было ещё одно изменение, физическое. Мышцы работали иначе. Каждое движение требовало меньше усилий. Словно кто-то смазал все шестерёнки в механизме тела.
Добрался до лодки.