Счёт принесла та же официантка на серебряном подносе в форме раковины.
— Пополам? — спросил Громов с улыбкой, помня о нашей прошлой встрече.
Я достал бумажник.
— Ваш клиент вполне платёжеспособен. На какие средства по вашему я собираюсь покупать Синюю дыру?
Громов рассмеялся.
— Данила, этот обед стоит дороже всей земли вокруг Синей дыры! Но вам виднее. Завтра в десять, в моём офиса. Знаете адрес?
— Нет.
— Сброшу вам сообщением, чтобы не забыли. До завтра!
Мы попрощались. Капля обиженно булькала всю дорогу до лодки.
«Данила дал деньги фальшивым русалкам! Несправедливо!»
* * *У кабинета Надежды Светловой было неожиданно многолюдно.
У дверей толпилось человек пять. Рабочие с верфи, судя по одежде. Оказывается, они все сопровождали своего коллегу, здоровенного мужика с лицом, обветренным всеми ветрами Озёрного края.
Он стоял, прислонившись к стене, явно превозмогая боль. Правая нога была обмотана повязкой, теперь больше похожей на тряпку.
Дверь открылась. Надежда вышла, провожая пожилую женщину с перевязанной рукой.
— Помните, два раза в день промывать настойкой, которую я вам дала. И никакой работы этой рукой минимум неделю.
— Спасибо, доктор, — женщина сунула ей в руку несколько медяков. — Добра вам, и жениха хорошего!
Надя проводила её взглядом и повернулась к ожидающим. Белый халат был безупречно чистым, несмотря на то, что она явно работала с утра, а время перевалило далеко за полдень.
Она выглядела уставшей. Но когда увидела меня, всё изменилось. Глаза заблестели, на щеках появился лёгкий румянец, который она тут же попыталась скрыть, отвернувшись к грузчику.
— Проходите, я вас сейчас осмотрю.
Но прежде чем увести пациента, она повернулась ко мне.
— Данила? Не ожидала вас сегодня увидеть, — сказала она мило соблюдая приличия. — Мы договаривались на завтра, вы говорили что мастер…"
"— Мастер справился с работой чуть раньше, — улыбнулся я. — камни готовы, но они подождут. Это всего лишь камни, а у вас тут люди.
— Спасибо, — улыбнулась она и увела грузчика внутрь.
Дверь осталась приоткрыта.
О чём я думаю? Какие петли, какие поводы? С удивлением я понял, что эмоции и восторженность молодого тела перекрывают мой древний опыт. Хотя, так ли это плохо?
Через щель я видел, как Надя работает. Сняла грязную повязку. Грузчик зашипел сквозь зубы, но не закричал.