Странные круглые кружевные платочки! Надо же было придумать!
- А вы попробуйте, - она свернула блин и сунула ему в руку. - Сливки? Сметана? Варенье?
- Благодарю, - он с поклоном принял блин и попробовал. - Невероятно. Разное ел, такого не пробовал. Это откуда?
- Это от меня, - продолжала смеяться Лика.
- То есть? - он смотрел хмуро и недоверчиво.
- Я это приготовила.
- Вы ходите на кухню не только гонять мышей и ругаться с поваром?
- Выходит, так.
- Невероятно. Пожалуй, я съем ещё.
Блины съели все до единого, нахваливали Лику - надо же, как бывает. Туанетта молчала дольше всех.
- Анжелика, вы ведь не собираетесь демонстрировать при дворе свои кулинарные таланты?
- Да вряд ли, а что?
- Думаю, там это будет неуместно.
- Ну и ладно. Я так, в охотку. Соскучилась. Если его высочеству не зазорно брёвна поднимать, то и мне нормально блины печь. Будет настроение - пирог постряпаю. Но не сегодня.
- Сегодня вам найдётся, что делать, - произнёс Анри.
- С удовольствием, - Лика воспитанно опустила глаза.
Неужели у неё получилось сдвинуть что-то с места?
2.22 Анри. Размышления о любви и дружбе
У Анри ещё никогда в жизни не случалось такого утра - чтобы приходили его будить, а он не один. Как-то это было... в целом приятно, но очень уж непривычно. И Флорестан посматривал... со значением, в общем, посматривал.
Да ерунда, смотрит пусть как хочет, а сказать всё равно ничего не скажет. Сам же Анри был благостен и доволен. Пусть его невеста несовершенна, но ведь и он несовершенен? Зато у неё ловкие руки и тёплые плечи. И невероятно нежная кожа. И заводная улыбка.
А за своим языком она научилась следить - кроме как в бою, но при дворе, как полагал Анри, боя не случится.
Надо же, не влюблена она в него! Откровенно говоря, услышать такое в лицо было не особенно приятно.
Да что там, какая там любовь! Анри к своим двадцати годам ничего не знал про любовь. Он знал про интерес, про восхищение, про влечение тоже знал. Но любовь? Скажем, любил ли он Офелию? Хотя бы в самом начале?
Она говорит - быть друзьями. Больше понимать, быть ближе.