Рассказывали, что однажды он обеспечил победу отряду старого принца Рокелора, отца нынешнего Генриха, жениха принцессы Марго - тем, что призвал небывалую бурю на войско его врага, когда тот находился на марше, и они там не то в грязи все потонули, но то градом их побило. Катрин верила таким рассказам, потому что знала, на что способен брат. И ничуть не удивилась, когда он отправился куда-то за Срединное море - опять же, по слухам, сам он родичам не отчитывался.
Впрочем, богоданный супруг рассказал Катрин, что виделся с Жилем накануне его отъезда, пытался отговорить и предлагал остаться офицером под его началом - но тому это было не нужно.
И вот теперь Жиль вернулся, и никак не понять, чего же он хочет. Катрин подумывала встретиться с ним и напрямую спросить - по-родственному, но Годфри очень попросил её так не делать.
Вообще Жиль не был нищим - у него по отцовскому завещанию есть и замок -небольшой, но хочет больше - пусть перестраивает, и дом в столице, тоже маленький, но кто мешает сделать его больше, если ему тесно? Что за глупости-то - отбирать что-то у племянника? Тем более что на взгляд Катрин, в вопросах управления доставшимся ему немалым хозяйством племянник был безупречен.
Катрин была рада, что нашёлся предлог, которым можно было воспользоваться и не ехать в столицу. Она не любила ни столицу, ни двор мадам Екатерины - считала, что та слишком рвётся к власти сама, и в итоге ни один из её сыновей не способен решить даже небольшой управленческий вопрос. Девочкам тоже нечего делать при дворе - вот выйдут замуж, пусть мужья их вывозят и представляют.