- Он любит, когда им восхищаются."
"- Кто ж не любит-то! Наверное, я говорила ему мало комплиментов, - вздохнула она. - У вас есть вода? Из меня уже всё вытопилось.
- Держите, - он кликнул обретавшегося поблизости Марселя, взял у него флягу и подал ей. Чудесная холодная вода. Замечательная.
- Большое вам человеческое спасибо, - кивнула Лика. - Жакетта?
- Да, благодарю вас, - радостно улыбнулась та, отпила немного и вернула флягу Саважу.
Они прослушали объявление о следующем танце, и когда перед Ликой возник очередной непонятный кавалер, она даже не знала, на что её приглашают.
Разбираться она начала вот прямо сразу.
- Простите, - сказала шёпотом, - я не расслышала, какой танец объявляли. Что танцуем-то?
- Бранль на шестерых. Нам не хватало одной дамы, и моя невеста придумала позвать вас.
О, это просто и весело. Группы по шесть человек бегают за ведущим по залу, а потом задорно меняются местами по цепочке - пока не дойдут до исходного положения.
И верно, их ждали четыре человека. Принцесса Маргарита, ещё одна светловолосая и зеленоглазая дама, и двое кавалеров. Принцесса, оказывается, была номером первым в этой колонне, за ней встал пригласивший Лику парень, и тут у неё сложилось - они же под ручку в зал вошли, стало быть, этот крючконосый хищник - король Рокелора, жених принцессы.
Её саму поставили третьим номером, за королем Генрихом, а за ней - троих оставшихся, и тоже - мальчик-девочка. Вступление - полетели.
Вот это было хотя бы весело! Они носились, хохотали, хлопали в ладоши, шептали друг другу какие-то глупости в той вариации, которая дозволяла близкое общение, причём глупости такие, на грани - «у братца Франсуа ослиные уши» (Маргарита), «у герцогини какой-то там видны ноги» (кто-то из парней), и прочее подобное.
Когда музыка завершилась, все шестеро хохотали и едва не обнимались, самым невозмутимым был жених - Генрих Рокелор. Он и повёл Лику обратно, но перед тем принцесса Маргарита что-то черкнула на листе бумаги и сунула ей в руку. Лика, не читая, отправила бумажку за корсаж платья - в карман, где бюск.