Людей при нем немало, но побоялся, что дружинники киевские на подмогу придут. Может, и зря боялся, — Сергей кивнул на дверь, через которую только что выскочил Внислав.
— И пришли бы, — заверил Игорь. — Ты о воеводе худо не думай. Он хоть и не варяг, но человек верный.
— Верный человек не стал бы хузарских денег брать, — возразил Сергей.
— А он брал? (Игорь).
— А сам разве не берешь? (Олег)
Соправители переглянулись.
— Беру, — согласился Сергей. — Вот скоро, к примеру, на две сотни гривен хузарского серебра взять намереваюсь.
— Кто-то хочет его отравить? — нахмурился Игорь.
— Еще как хотят! Это же ромеи. Им яд подмешать — обычное дело. Они своих василевсов через одного травят, хотя те о ядах сызмала ведают. Так что я бы на твоем месте, княже, — Сергей повернулся к Олегу, — крепко поберегся.
— Еще я есть, — напомнил Игорь.
— Есть, — согласился Сергей. — Ты будешь сильным полководцем, уверен. Но ты — будешь, а князь Олег — есть. И учти: это вместе вы — сила. Один воюет, другой стол киевский держит. В одиночку — много труднее. Придется тебе сначала жениться, потом сыновей родить и вырастить, чтобы стол на них спокойно оставлять, а уж после о дальних походах думать.
Олег расправил усы, прикрыв усмешку. Понравились ему речь Сергея. А Игорю — нет.
— Это что же, мне двадцать лет ждать, пока смогу войско в большие походы водить?
— Может, и меньше.
Спрятать улыбку в усы у Сергея не получилось бы, поскольку не было их, усов, но кое-как сдержался. Так-то забавно: вьюнош семнадцатилетний учит великого князя на третьем десятке, как тому жить.
— Ольга, — сказал Сергей. — Невеста твоя. О ней говорят: умна, учена и править тоже обучена.
— Довольно о Вниславе, — проворчал Олег. — Я ему верю. Не один десяток лет вместе. Не станет он меня травить.
— Рассказать как можно его уговорить? — прищурился Сергей.
— Ну попробуй.
— Главное тут — не торопиться.