Не найдя ничего мало-мальски интересного или полезного, Вулф отодвинул стопку конвертов в сторону и, сдвинув брови, уставился на меня.
– Проклятье! – прорычал он. – Эта женщина, похоже, сквозь землю провалилась. Да?
Я вытащил из кармана монету в четверть доллара, подбросил прямо над столом и посмотрел, что выпало.
– Решка, – сказал я. – Значит – нет.
– Пф! Я хочу знать твое мнение.
– Ничем помочь не могу. Сами знаете, только круглый болван может иметь мнение, которое нечем подкрепить. Вы просто напоминаете мне, что, не оставь я ее тогда одну, чтобы позвонить вам, то сейчас сидел бы у нее на хвосте.
– Я вовсе так не считаю.
– Зато я так считаю. Да, я понимаю, мне не повезло, но везение порой важнее мозгов. И даже все, что мне удалось разыскать в ее доме, нисколько меня не оправдывает. В конце концов, за какой-нибудь месяц расспросов мы бы и так выяснили, что в ее доме некоторое время находился младенец. Проклятое невезение! Кстати, Сол звонил.
– Когда?
– Полчаса назад.
Зазвонил телефон, и я развернулся к столу:
– Кабинет Ниро Вул…
– Это Орри. Из Махопака.
– Ну что у тебя?
– Ничего хорошего. Без пяти одиннадцать к дому подкатила полицейская машина. В ней были трое: патрульный, помощник местного шерифа и Пэрли Стеббинс. Сначала они попробовали дверь, а потом зашли за угол, и помощник шерифа забрался в открытое окно, а Стеббинс с патрульным вернулись к двери. Вскоре ее открыли изнутри, и они вошли в дом. Помочь им я не мог, поэтому помчался звонить вам. Что делать, возвращаться туда?
– Ты уверен, что это Стеббинс?
– Черт возьми, Арчи, я же не сказал: «Кажется, Пэрли Стеббинс»! Я сказал, что это был он.
– Это точно, – согласился я. – Приезжай сюда.
– Может, все-таки вернуться туда и посмотреть…
– Проклятье! Приезжай немедленно!
Я аккуратно опустил трубку на рычаг, перевел дыхание и повернулся к Вулфу:
– Это Орри звонил, из Махопака. Я велел ему приезжать сюда, потому что тетка домой не вернется. Она уже на том свете.