ГЛАВА 7
Под арестом я находился с 15:42 воскресенья, когда инспектор Кремер лично явился надеть на меня наручники, до 11:58 понедельника, когда Натаниэль Паркер, адвокат, к услугам которого Вулф прибегает лишь в тех случаях, когда без адвоката не обойтись, прибыл в офис окружного прокурора с подписанным судьей бумагой, где значился залог в сумме двадцать тысяч долларов. Учитывая, что средняя сумма залога за важного свидетеля по делу об убийстве составляет в Нью-Йорке около восьми тысяч, я сразу почувствовал себя весьма важной персоной.
Если не считать недосыпания, пропущенных обеда и завтрака в исполнении Фрица, а также нечищенных зубов, то в остальном существенных неудобств от пребывания в тюрьме я не испытывал. Свои показания, следуя разработанному Вулфом плану с некоторыми усовершенствованиями, я сначала дал инспектору Кремеру в его кабинете и в присутствии Вулфа. Затем меня поочередно допрашивали помощник окружного прокурора Мэндел, с которым мне уже доводилось встречаться прежде, следователи из отдела по расследованию убийств, а на одном этапе – даже сам окружной прокурор, но я держался стойко и показаний не менял.
Вулфу пришлось при этом слегка запрокинуть голову, а это всегда выводит его из себя.
– Я вам ровным счетом ничем не обязан, – заявил он. – И не думайте, что растрогали меня своим благородством, согласившись не заключать меня под арест.
– Ничего подобного, – процедил Кремер. – Арестуй я вас, и вы бы еще долго адресовали свои выгодные предложения стенам своей камеры.
– Пф! Если бы вы сами верили в эту чепуху, то уже надели бы на меня наручники. Между тем в кармане у вас лежит собственноручно подписанное мной заявление, где черным по белому значится, что я не располагаю какими-либо сведениями о личности убийцы Эллен Тензер, и у меня есть веские основания считать, что и моя клиентка таковыми не располагает.
Кремер выразительно покачал головой:
– Объедками питаться? Это вы-то?! Ну-ну. – И кивнул мне.