Из этого вытекает…
– Вы же сказали, что миссис Вэлдон на ваши вопросы не отвечает."
"– Про ребенка она рассказала по меньшей мере двоим своим знакомым. Нам она про мальчика не говорила, это верно, но, если совесть у нее чиста, а в голове есть хоть капля здравого смысла, она должна нам все рассказать. В том числе и про причину, которая побудила ее обратиться к вам, а также про то, что вам удалось выяснить. Не думаю, чтобы вы так низко пали, чтобы похитить этого ребенка, тем более что адвокат миссис Вэлдон официально оформил для нее временное опекунство.
Мне его проклятия по адресу показались не вполне неуместными, но потом я сообразил: возможно, Кремер тоже успел пообщаться с Николасом Лоссеффом.
Между тем инспектор продолжил:
– Я должен знать все, что известно миссис Вэлдон про этого малыша. А также все, что известно вам. От ее адвоката и врача сам окружной прокурор не сумел ничего добиться, но они, разумеется, вправе не разглашать сведений о своей клиентке. Иное дело – няня, горничная и кухарка. Они никакими обетами молчания не связаны, но тем не менее все словно воды в рот набрали.
– Я уже дал вам слово, – напомнил Вулф, – что не имею ни малейшего представления о том, кто убил Эллен Тензер.
– Угу, я слышал.
– А теперь даю слово, что знаю о ребенке, о его родителях и о том, кто подбросил его миссис Вэлдон, не больше вашего.
– Я вам не верю.
– Вздор! Вы не можете не верить. Вы прекрасно знаете, что означает мое честное слово.
Кремер ожег его свирепым взглядом:
– Тогда что же, черт побери, вы знаете?! Для чего наняла вас миссис Вэлдон? Почему вы так долго скрывали, что работаете на нее? Почему посоветовали ей молчать?
– Ее приход ко мне содержался по ее просьбе в тайне от окружающих.