– Еще тоже милордом обзови, и тогда я не посмотрю, что ты старше, – беззлобно проворчал Альбин.
– Тогда точно придется тебя в море сунуть, охолонуть. Но лучше проспись-ка ты. Пойдем, устрою в нашей комнате.
– Погоди, не убежит комната. Посижу, подышу, луна, вон, какая.
С минуту мужчины молчали, лишь протяжно, на одной ноте пел сверчок.
– Что тебе дома-то не сиделось? Смотрел бы на луну в окно сколько влезет.
Альбин заржал.
– Я тебе что, девка у окошка сидеть, на луну глядеть да вздыхать?
– Лучше, конечно, под дверью трактира сидеть.
– К вам приехал, отчета спросить.
Эгберд рассмеялся.
– Какой тебе отчет, с утра не вспомнишь, о чем сегодня говорили. – Его голос стал серьезным: – Нет ничего. Может, отец их и в самом деле контрабандой промышлял, но эти ни при чем.
А я-то, дура наивная, думала, будто Альбин прислал их меня защищать! А он отправил их шпионить! Эгберд, между тем, продолжал:"
"– Крутятся целый день, все при деле, и в трактир праздных гуляк не заходит.
– Это я знаю, где и с кем была, тоже.
Я закрыла лицо руками, даром что была одна в комнате в полной темноте. Казалось, щеки мои раскалились докрасна, как фонарики. Зайди кто – заметит. Если Альбин расскажет, я… не знаю, что я сделаю. Должно же хоть что-то оставаться между двумя людьми! А вдруг он пытался меня соблазнить, только чтобы поразговорчивей стала? При этой мысли внутри словно все смерзлось.
Глава 30
Услышав, что Альбин знает, где и с кем я пропадала полдня, его бывший наставник хмыкнул, но расспрашивать не стал. Альбин тоже, к великому моему облегчению, решил не вдаваться в подробности.
– Может, в деревне с кем спутались? – спросил он.
– Нет, и там ничего. Годфри с девчонками в деревню сходил – девчонки как девчонки. Шустрые и хваткие, повезет кому-то, когда вырастут. А, может, не повезет, тут как посмотреть.
Значит, и этот пошел в деревню не для того, чтобы девочек никто не обидел, а проверить, точно ли мы не якшаемся с контрабандистами! Я ткнулась лбом в тюфяк – хотелось вскочить, вылететь на улицу и высказать все этим, этим… Прогнать с глаз долой всех – и герцогского сынка и наемников, которые якобы нас охраняли.