Дуне всё очень нравилось, и она с воодушевлением взялась за работу, расписывая трапезную
или крутясь во дворе, вкладывая свою долю стараний в его благоустройство.
Игуменья одобрила эскиз цветочного орнамента в трапезной, лишь попросив добавить
птичек, чтобы разбить схематичность общего рисунка. Ещё настоятельница засомневалась"
"было, увидев, что Дуня хочет использовать ограниченное количество цветов, но согласилась, что так глазу спокойней, да и дешевле.
Она же подтвердила девочке, что эта трапезная предназначена исключительно для
паломников и находящихся в нужде людей.
других трапезной, и Дуне туда не было хода.
А когда дочка Милославы принесла Анастасии рисунок монастырского комплекса, где особо
детализирован был двор, который пока существовал только в голове боярышни, то у игуменьи
даже перехватило дыхание.
Никто так не рисовал!
Даже картины признанных европейских мастеров, которые пишут по заказу папы или его
кардиналов, уступали простенькому эскизу девочки.
Казалось, что она быстрыми росчерками всего лишь обозначила основные линии, но эта
простота была только кажущаяся. Евдокия создала необыкновенную перспективу всему
рисунку и настолько правильно, что не сразу поймешь, что это невозможно!
Маленькая художница словно бы приподнялась на небольшую высоту и отобразила
увиденное. И ведь так нарисовала, что сразу было ясно, что на купола она смотрела снизу
вверх, а вот на нижнюю часть монастыря и двор сверху вниз.
сделала?
Едва справившись с волнением, игуменья ровно произнесла, что ей надо посовещаться с
другими сестрами по поводу предстоящих переделок. Но уже на следующий день сестры
одобрили благоустройство двора, внеся небольшие поправки.
С того дня помощниц у Дуни было в избытке. Вместе они вбивали колышки и натягивали
веревочки, размечая дорожки, уединённые площадки и места для любования декоративными
элементами сада.
деревца и цветы, а после бурно обсуждали какими должны быть «декоративные элементы» и
кто их сделает.
Частенько женщины мягко направляли маленькую боярышню, подсказывая непонятное и
обучая управлению людьми. Все они пришли в монастырь из непростых семей и многое
повидали.
Дуняша слушала их рассказы о своей жизни и не пренебрегала их советами.