Дуняша растеряно смотрела на боярина Бокеева, а он явно пытался вспомнить её и не
спешил урезонивать зарвавшихся холопов. Боярышня не могла понять причины их агрессии, но
звериные оскалы на повернутых к ней рожах заставляли цепенеть от страха.
Дуня скорее почувствовала, чем дошла умом, что видит перед собою отчаявшихся, загнанных людей. И в глазах боярина Бокеева та же сумятица, сплетенная с безысходностью, но
он всё ещё ищет мирный выход в отличие от обезумевших своих людей.
Что же произошло?
В последний раз Дуня видела его при входе в княжеский терем, а сенная девушка
насплетничала, что он не пожалеет жизни за великую княжну Марию Борисовну, потому что
любит!
— Василий Семёныч, — тихо произнесла Дуня, смотря ему в глаза, — что случилось?
Его люди дернулись, но едва слышный рык:"
"— Сядьте! — вернул их на место.
Дуня, не отрывая взгляда от тверского боярина, спустилась со скамьи и едва заметно повела
подбородком на выход.
За этот жест она готова была сама себе настучать по голове.
трапезной и входом ей быстро и незаметно свернут шею! А она, видите ли, подметила, что
другие паломники поглядывают на неё из любопытства и будут обязательно глазеть и
прислушиваться, если она продолжить разговор с Бокеевым здесь.
Девочка отошла, взяла кувшин и понесла его к выходу. В коридоре специально хлопнула
тяжелой входной дверью, а сама отбежала в угол. Немного света поступало из верхнего окошка, мимо которого шла лестница, и этого хватало, чтобы оглядеться.
К сожалению, а может, в Дуниной ситуации, к счастью, в любую минуту тут мог появиться
кто-нибудь, но другого места переговорить не было. На улице вновь гремел гром, сверкнула
молния, а косой дождь с новой силой ударил по стенам.
— Боярышня? — вежливо обозначил себя Бокеев и чуть склонил голову.
Дуня равнозначно ответила мужчине и повторила вопрос:
— Что случилось?
Он молча сверлил её взглядом.
— Что с Марией Борисовной? — уточнила она.
Вот тут он ожил и с большей заинтересованностью посмотрел на Дуню, а потом вдруг вновь
поклонился, но уже значительно ниже. Видно было, что теперь он узнал девочку и вспомнил о
её участии в раскрытии заговора.
— Она жива? — нетерпеливо спросила Дуня.
— Жива, — глухо ответил боярин.
— А эта… отбыла? — Дуня опасалась произносить имя старой княгини вслух, но сумела
интонацией обозначить своё отношение.
— Эта? — зло и насмешливо переспросил он.