И это учитывая, что я не вожу машину…
Удушье, давление, сладкая тяжесть в груди. Мои чувства. Моя… любовь. Я влюблена. Безумно…
Расул перехватывает меня за локоть, когда проношусь мимо кухонного стола, собираясь выскочить в коридор.
Заставляет меня остановиться на секунду и, глядя исподлобья, склоняет голову.
Мы соприкасаемся губами в мягком поцелуе, от которого я подворачиваю на ногах пальцы. Его губы теплые, знакомые. Это приятно до мурашек.
— До вечера, — прощается он со мной, освобождая мою руку.
На его щеках двухдневная щетина.
— До вечера… — произношу я, убирая руку с его живота.
Наше совместное времяпрепровождение с тех пор, как обрело статус, не отличается разнообразием. Оно сконцентрировано здесь, в этой квартире, и за всю неделю не включало в себя ничего, кроме секса. Мы ограничили контакты с другими людьми и просто… занимаемся сексом. Предложение Минаевых я приняла через силу.
Я собираюсь что-нибудь приготовить на выходных. Что-нибудь. Это не самая простая задача, ведь я тоже не умею. Не умею готовить. Совершенно. Только самое необходимое. Яичницу. Еще я умею тонко нарезать колбасу. Это не радует меня. Я не хочу приготовить какую-нибудь дрянь, но я хочу… о нем позаботиться…
Желание, от которого внутри печет.
У меня есть ключи, но я прошу, чтобы Расул сам за мной закрыл, потому что спешу.
Я быстро забываю о том, что осталась без завтрака, в приемной Дениса Рашидовича слишком “весело”.
"Я успеваю заглянуть на страничку Расула, когда мне падает уведомление о том, что он опубликовал фото.
Он восстановил активность своей соцсети. Теперь, когда у него начались тренировки, он публикует там разную профессиональную информацию. А еще наше совместное фото. На нем наши лица, но романтики в нас мало. Оно будто дежурное, но я не стала возражать.
Я не хочу думать о том, как сильно наше фото отличается от того, другого…
Он удалил то фото, но мне никогда не забыть как он на нем улыбался.